Сергей Лукьяненко - Спектр

Мартин смеялся до тех пор, пока Ирина не заплакала. Тихо, почти беззвучно. Кавалергард-девица Дурова, над которой надругался целый гусарский полк...

– Ира, извини, – прекратив смеяться, сказал Мартин. – Прости. Но я бежал сюда как идиот... я боялся, что найду тебя уже мертвой... снова.

– Ты дурак! – Ирина гневно посмотрела на него, не переставая плакать. – Ты мне все время мешаешь!

– Где же я тебе помешал? – возмутился Мартин. – На Библиотеке, где подстрелил твоего убийцу? На Аранке, где твой приятель едва не ухлопал меня? На Прерии-2, где ты прыгнула под пули? Ты хватаешься то за одну тайну, то за другую. Ты пытаешься в легкую решить загадки, над которыми еще биться и биться человечеству! Чего тебе неймется? Ты молодая, красивая, умная девчонка, так зачем же ведешь себя как дура... и синий чулок...

– Ты не понимаешь! – кусая губы прошептала Ирина. – Время на исходе, вы все не понимаете...

Мартин успокаивающе похлопал ее по плечу – и тут же поймал себя на том, что ему хочется вовсе не успокаивать девочку...

– Ирина, сейчас мы выйдем отсюда и ты все мне расскажешь, – попросил он. – Хорошо? Я поверю. Честное слово. Я помогу тебе. Ты же видишь – с ТайГеддаром ничего не вышло, и я здесь не при чем. Так?

Девушка неохотно кивнула.

– Ну вот, – Мартин улыбнулся. – Посмотрим, что у нас со временем, и что надо сделать. Уверен, все получится.

Он повернулся к ДиоДао и поклонился:

– Спасибо вам, служители ТайГеддара! Спасибо за снисхождение к самке моей расы.

– У нее не было ни единого шанса, – повторил служитель. – Помимо всего прочего, чудо воскрешения даруется тем, кто верит в ТайГеддара, а не ученым-фанатикам, идущим на смерть ради научного любопытства.

– Логично, – кивнул Мартин. – Мы можем уйти? Я не оскорбил вас своим внезапным появлением? Женщина не задела ваших чувств?

– ТайГеддар беспощаден со злом, но снисходителен к ошибкам, – на лице ДиоДао появилась улыбка. – Идите и не позволяйте вашему разуму расщепиться. Отделяйте дурное от доброго, но четырежды подумайте перед поступком.

– Теперь я буду думать двенадцать раз, – кивнул Мартин.

Кажется, ему наконец-то повезло...

Он кивнул Ирине, и та, очень неловко, не наклоняясь, а присев возле разбросанных тряпок, собрала свою одежду. Мартин деликатно отвернулся, но едва Ира выпрямилась, снова крепко взял ее за руку.

– Прощайте, достойные, – сказал Мартин и они пошли к выходу. – Простите, что наследил.

И тут случилось то, чего Мартин уже перестал бояться.

Металлические нити слабо звякнули и, отодвигая рукой занавесь, вошел Кадрах. Лицо его было почти белым – удивительно, как серая кожа могла настолько бледнеть.

– Кадрах, все в порядке, я успел, – быстро произнес Мартин.

Геддар лишь слабо кивнул, скользнув по обнаженной девушке ничего не выражающим взглядом. Вышел на центр зала. И тихо произнес:

– Кощунство.

Мысленно Мартин застонал. Только мысленно. Сейчас нельзя было показывать даже тень сомнений.

– Кадрах, они ни в чем не виноваты! – воскликнул он.

ДиоДао в лазоревом подошел к геддару, тихо сказал:

– Ты весь из гнева, брат мой. Позволь мне очистить твою душу.

– Шакрин-кхан! – выкрикнул Кадрах, рука его взвилась к рукояти меча, но тут же отдернулась. Кадрах будто поник, ссутулился. Оглянулся на Мартина и мертвым голосом перевел: – Собачье дерьмо... Прости меня, друг. Я говорил, что есть грани, которые мне не дано переступить. Тебе лучше уйти.

– Что рассекло тебя, брат? – так же мягко спросил священник.

Кадрах захохотал:

– Что рассекло меня? Меч ТайГеддара в моей душе! Я вижу зло, я стою во зле, я очищу зло!

Голос ДиоДао будто налился гневом:

– Осторожнее, учитель. Здесь нет неразумных, которым надо преподать урок! Здесь эфес ТайГеддара, Тени от Света!

– Ты понимаешь цвета, ты прочла Книгу ТайГеддара, ты купила себе меч, но это не делает тебя геддаром! – прошипел Кадрах. – Ты стоишь в языческом капище, ты смеешься над моей верой, ты топчешь тень ТайГеддара!

– Я понимаю язык одежд, я знаю Книгу, я сам свил свой меч! – теперь голос ДиоДао гремел на весь храм. Он выпрямился, оказавшись ростом едва ли не выше Кадраха. Сразу стало заметно, что он беременен. – Это истинный эфес ТайГеддара, во имя и славу его, и тень ТайГеддара лежит на моих плечах! Разве сказал ТайГеддар, что лишь геддарам несет он истину? “Все недостойны служить мне, и каждый вправе служить!”

– “Дающая жизнь не встанет под тенью моей, понесшая жизнь не войдет в эфес меча моего!” – отпарировал Кадрах. – Ты беременна!