Алан Фостер - Триумф душ

В следующее мгновение улыбка исчезла с его лица. Он ухватился за мачту и закричал:

– Смотри, куда правишь!

– А?

Симна торопливо ухватился за рычаг. Возрождение друга настолько его потрясло, что он совсем забыл о повозке. В следующий миг колеса лишились опоры, и повозка оторвалась от земли.

Подняв кучу брызг, она рухнула в реку. Течение и ветер сразу начали сносить ее на середину. Громадный кот поднял голову, зевнул и лениво поинтересовался:

– Мы еще едем или уже плывем? Лучше поторопиться, враг близко.

– Это вам не баркас! Весел нету! – огрызнулся Симна.

Он глянул под ноги и увидел, что через щели в полу и бортах в повозку сочится вода. Оставалось только гадать, сколько еще она продержится на поверхности.

Тем временем войско Братства выехало на берег. Самые разъяренные, чуть помедлив, пустили скелеты своих лошадей в воду.

– Они еще пытаются догнать! – возмутился Симна и принялся дергать рычаг, пытаясь помочь повозке набрать скорость.

Эхомба, глядя на ряды скелетов на берегу и всадников, плывущих по реке, заметил:

– Мертвым легко быть храбрыми!

– Глубокая мысль, – фыркнул Симна, – только вряд ли она нам поможет!

Эхомба усмехнулся.

– Ты бы лучше думал о парусе, друг. Храбрость и здравый смысл не всегда идут рука об руку. – Он вновь посмотрел на преследователей и после короткой паузы сказал: – Оура говорил, что у оживших скелетов происходят сдвиги в сознании. Они отлично помнят всякие пустяки, но о сложных вещах им думать трудно.

Симна бросил взгляд через плечо, и настроение его сразу улучшилось: неприспособленные для плавания скелеты один за другим начали тонуть, и течение стремительно затягивало их на глубину. Некоторым удалось выбраться на берег, но остальным было суждено навечно остаться на речном дне, чтобы в конце концов сгнить и превратиться в ил.

Симна порадовался бы удаче, но за этот день он так устал, что сил уже не было. Кроме того, они сами были на волосок от гибели: кузов продолжал заполняться водой.

– Что делать? – спросил северянин Эхомбу. Пастух глянул себе под ноги.

– Не знаю, Симна. Я не знаток по части лодок и местных повозок. Кузов, на мой взгляд, крепкий и должен выдержать плавание. Но если мы утонем, не дотянув до берега, это уже не будет иметь значения. – Он посмотрел на медленно приближающийся берег, потом перевел взгляд на парус. – Если ветер удержится…

Как ни странно, но когда вода дошла до колен, повозка перестала погружаться, хотя скорость ее заметно упала. Течением их сносило вниз по реке, и когда беглецы скрылись за излучиной, войско Братства скелетов начало оттягиваться в лес. До противоположного берега уже было довольно недалеко, и Симна предложил попробовать перепрыгнуть. Но тогда они лишились бы всех припасов, поэтому Эхомба решил подождать, пока ветер и течение не прибьют повозку к земле.

Симна возразил:

– Если телега потонет под нами, все равно придется вплавь добираться до берега. Чего же тянуть?

Вдруг кузов резко вздрогнул и остановился.

– Ничего страшного, – усмехнулся Симна. – Мы просто сели на мель, – Он бросил рычаг, прошлепал к левому борту и глянул в воду. – Точно, песчаная отмель. Похоже, она тянется до самого берега. – Заметно повеселев, он взял меч и заплечный мешок. – Можно добраться пешком.

Эхомба засомневался:

– Я не уверен…

– Не уверен? – Северянин энергично закинул мешок за плечо и приготовился ступить через борт. – В чем ты не уверен, Этиоль? С такими длинными ногами, как у тебя, тебе бояться нечего. Единственный, кто пострадает, – Симна кивнул в сторону громадной волосатой фигуры, – это Хункапа. У него шерсть как губка.

– Хункапе будет хорошо, – заверил его зверочеловек.

– Хункапе всегда хорошо, – передразнил его Симна. – Песчаные отмели обычно достаточно плотные, но все-таки я не хочу шагнуть за борт и провалиться по шею в песок. Если уж выглядеть дураком, то вместе со всеми. – Он показал на отвалившуюся от кузова перекладину. – А ну-ка, Хункапа, дай-ка мне эту палку.

Аюб выловил ее из воды и протянул Симне. Северянин потыкал палкой в песок. Слегка выпуклая отмель была плотной, но какой-то упругой. Симна надавил посильнее, и она чуть-чуть поддалась.

– Вот видишь!

Он был рад, что сумел наконец-то уязвить Эхомбу. Долговязый пастух с постным лицом слишком часто оказывался прав. Это начинало надоедать.

– Ступай осторожно. Давай бери шмотки и вылезай, пока эта телега еще держится на воде.