Марк Энтони - Цитадель Огня

Фолкен направил свою лошадь вперед.

– Мы не причиним тебе вреда. – Он протянул к мужчине руку без перчатки.

– Нет! Не трогай его!

Грейс пришпорила свою кобылу и оказалась рядом с Фолкеном. Бард отдернул руку и с удивлением посмотрел на нее, как, впрочем, и человек в сером плаще.

И только тут Тревис увидел глаза мужчины: черные, без белков и зрачков. К горлу подступила тошнота. Рядом с ним Эйрин поднесла руку к лицу, а Лирит тихонько вздохнула.

– Да, – сказал мужчина, глядя на Грейс своими невозможными глазами. – Я вижу, вы понимаете.

– Как далеко? – спросила Грейс. Тревис никогда не слышал, чтобы ее голос становился таким холодным. – Как далеко огненная чума распространилась по Перридону?

Мужчина провел рукой по лицу и пошатнулся. Тревису показалось, что он сейчас упадет. Когда он снова заговорил, его голос звучал спокойнее.

– Я не знаю. В каких-то деревнях люди заболели – другие она обошла стороной. Нет никакой видимой причины или системы. Они приходят, наносят удар и уходят.

Грейс не стала спрашивать, о ком он говорит. Все знали: речь идет об огневиках.

Бельтан подъехал к ним, но не стал приближаться к мужчине вплотную.

– Как давно они побывали здесь?

Человек скрестил руки на впалой груди.

– Не знаю. Когда я пришел, повсюду был пепел. – Он показал в сторону сторожевых башен.

– Ты знаешь, чего они хотят? – спросил светловолосый рыцарь.

Человек рассмеялся – безумные звуки, от которых стыла кровь в жилах.

– Наверное, сжечь всех. Впрочем, я видел одного очень необычного огневика в герцогстве Варсарт. Ему оставалось совсем немного, но он еще мог говорить. Ключ, сказал он. Он хотел получить ключ от огня. Но что это значит? – Мужчина протянул вперед худые, трясущиеся руки. – Что ж, очень скоро я узнаю.

– Еще не поздно, – сказала Грейс, и ее голос оставался абсолютно холодным, – с этим покончить.

Он улыбнулся, обнажив сгнившие зубы.

– Вы правы, миледи. Я пришел сюда, чтобы стоять на страже и предупредить тех, кто приедет – пока у меня оставались силы. Но мое время подходит к концу. Я сумею еще раз добраться до ступеней западной сторожевой башни. Обратно я спущусь самым быстрым из всех возможных способов. – Его черный взгляд переместился на Фолкена. – Так вы уйдете отсюда из страха перед чумой?

– Именно страх перед чумой заставил нас приехать сюда.

Человек обдумал слова барда, а потом кивнул:

– Так я и подумал. Я слышал, что беда идет впереди тебя, Фолкен Черная Рука. Похоже, правду рассказывают о Суровом Барде. Но пусть окажутся справедливыми и другие легенды. – Он облизнул запекшиеся губы. – Положи чуме конец, Черная Рука. Ради всех нас.

Фолкен хотел что-то сказать, но человек уже скрылся в клубах тумана.

– Найти его? – спросил Бельтан, сжимая поводья своего жеребца.

Фолкен поднял затянутую в перчатку руку.

– Ты его не найдешь. Разве ты не видел, что на нем надето?

– Туманный плащ, – вмешался Дарж. – Значит, он Паук?

Бард кивнул:

– Один из личных шпионов короля Перридона. Говорят, что Паук может в полдень пройти через весь город, и никто его не заметит.

Тревис почесал подбородок – медно-золотистая щетина превратилась в густую бороду – и посмотрел на барда.

– Если этот человек один из шпионов короля, что он здесь делал?

– Король Персард мертв, – негромко напомнила Грейс. Глаза Лирит сверкнули.

– А у нового короля есть новые шпионы.

– Но мы ничего не слышали о новом короле Перридона, – заметила Эйрин.

Бельтан погладил рукоять своего меча.

– Кажется, сейчас мы кое-что узнали.

– Что теперь, Фолкен? – спросила Мелия, сложив руки на груди.

– Поедем дальше, – ответил бард. – Встреча с этим человеком ничего не меняет. Разве что делает наше поручение еще более неотложным. Поехали. – И он тронул шпорами бока своего жеребца.

Тревис бросил прощальный взгляд на сторожевые башни. Туман поднимался все выше, и башни дрейфовали в серой пелене, словно острова в бесцветном море. Он прищурился сквозь линзы очков. Ему показалось, что он видит какую-то тень на шпиле западной башни? Но серая стена тумана качнулась и поднялась еще выше, закрывая обзор. Тревис повернулся и последовал за своими спутниками.

Утро четвертого дня после встречи возле сторожевых башен еще не успело закончиться, когда Фолкен, ехавший во главе небольшого отряда, поднял руку в черной перчатке и заставил всех остановиться.

Во всяком случае, Грейс считала, что до полудня еще далеко, впрочем, она могла лишь предполагать, поскольку вокруг ничего не было видно – не считать же свидетельством урчание в животе. Воздух настолько пропитался туманом, что Грейс едва не проехала мимо, когда их маленький отряд остановился. Если бы Шандис не фыркнула, определив положение других лошадей по запаху, Грейс продолжала бы скакать дальше до тех пор, пока не рухнула бы вместе с кобылой и Тирой в пропасть или овраг. Дорога по Перридону оказалась долгой и полной препятствий, им без конца приходилось преодолевать болота и лощины, двигаясь вдоль подножий Фол Эренна.