Марк Энтони - За гранью

– Полагаю, миледи, настало время применить новую тактику. Сердце в груди Грейс забилось быстрее. Она подошла к рыцарю почти вплотную и заглянула ему в глаза:

– Какую, Дарж? Расскажи мне!

На следующий день весь Кейлавер облетел слух о том, что между королем Бореасом Кейлаванским и ее светлостью леди Грейс, герцогиней Беккеттской, произошла ужасная ссора. Эта новость распространялась по коридорам быстрее крыс или пожара, и уже к полудню все кому не лень оживленно судачили о причинах размолвки. Ни один из участников обсуждения, разумеется, не присутствовал лично при сем эпохальном событии, что нисколько не мешало им на ходу изобретать все новые и новые пикантные подробности.

– Во имя Зеи, Грейс, что случилось?! – не успев отдышаться, выпалила Эйрин, со скоростью ракеты влетев в спальню подруги.

Лихорадочно вспоминая все известные ей методы убеждения, Грейс усадила баронессу в кресло и спокойно сказала:

– Ничего не случилось, Эйрин. Просто я придумала новый способ помочь королю. Баронесса нахмурилась:

– А ты уверена, что на твоей Земле слово «помочь» не имеет прямо противоположного значения?

Грейс поняла, что с Эйрин никакие уловки не пройдут, и решила сыграть с ней в открытую.

– Сначала выслушай меня, а потом можешь высказываться, сколько твоей душе угодно, – сухо произнесла она, усевшись в кресло напротив. – До сегодняшнего дня ко мне относились как к союзнице и единомышленнице Бореаса. Не спорю, со мной охотно беседовали – кто из любопытства, кто из уважения, кто из желания побольше разузнать о планах короля, считая меня его доверенным лицом, – но никто и никогда не делился со мной действительно важными сведениями, справедливо опасаясь, что я тут же передам их Бореасу.

В глазах Эйрин засветилось любопытство.

– Продолжай, я очень внимательно слушаю, – кивнула она.

– Если же все будут думать, что я попала в немилость, сразу возникнет вопрос: чьим могущественным покровительством – вместо Бореаса – я попытаюсь заручиться? Полагаю, пока продолжается Совет, найдется немало желающих привлечь меня на свою сторону. – Произнося последнюю фразу, Грейс чуть не расхохоталась – настолько нелепой показалась ей мысль о том, что кому-то в действительности может прийти в голову искать союза с ней. – Разумеется, у меня нет ни власти, ни влияния, чтобы оказать воздействие на ход Совета и его решения, но об этом никто не знает. И если наши противники всерьез поверят, что мы с Бореасом окончательно разошлись, они перестанут таиться от меня, как таились раньше.

Прежде чем Эйрин успела что-то сказать, рядом с дамами неизвестно откуда возникла мрачная фигура эмбарского эрла. Баронесса удивленно захлопала глазами.

– Прошу прощения, ваше высочество, – почтительно поклонился Дарж, – но вина целиком лежит на мне. Это я уговорил леди Грейс испробовать новый план. Прошу вас передать королю, буде его величество пожелает получить удовлетворение, что я охотно понесу любое наказание, какое он соблаговолит наложить.

– Бореас вне себя, – сообщила Эйрин. – Я своими глазами видела, как три его мастифа с визгом улепетывали по коридору, поджав хвосты. Будь хвосты у королевских лакеев, они поступили бы точно так же.

– Отлично! – воскликнула Грейс, от души надеясь, что ее энтузиазм никому не покажется фальшивым. – Если Бореас так сильно разозлился, это играет нам на руку. Теперь никто не усомнится в истинности пущенной нами сплетни! Но рассказать ему правду придется тебе, Эйрин, – сказала она и с усмешкой добавила: – Сильно сомневаюсь, что сохраню голову на плечах, покажись я ему на глаза в ближайшие несколько часов.

Баронесса опустила голову и ничего не ответила. Глаза Грейс испуганно расширились.

– Я же пошутила, Эйрин, – проговорила она внезапно севшим голосом. – Это была просто шутка! Что же ты не смеешься? Неужели ты думаешь, он и в самом деле способен приказать отрубить мне голову?

Эйрин натянуто улыбнулась и кивнула.

– Я поговорю с королем, – пообещала она.

Баронесса сдержала обещание. Вернувшись к Грейс после свидания с Бореасом, она рассказала, что его величество по-прежнему рвет и мечет. Сообщение о тайном плане Грейс и Даржа не вызвало у короля восторга и было встречено в штыки – главным образом, как подозревала Эйрин, потому что с ним предварительно не посоветовались. Впрочем, Бореас быстро понял, что у него, в сущности, нет другого выбора и согласился подыграть хитроумному замыслу. Как бы то ни было, уже через несколько дней новая тактика, предложенная эмбарцем, начала приносить первые плоды. Никто не приближался к Грейс в открытую, но вечерами, после окончания заседания Совета, стоило ей пройтись по коридору, прогуляться по саду или просто присесть отдохнуть на скамеечку где-нибудь в укромном месте, как рядом неизменно оказывался тот или иной высокопоставленный сановник, желающий с ней побеседовать.