Марк Энтони - За гранью

Тело монстра обмякло и беззвучно завалилось набок.

Трэвис поднял глаза. Над трупом твари стояла Грейс. Лицо ее было белым и застывшим, как у мраморной статуи, правую руку покрывали кровавые брызги. В основании черепа распростертого у ее ног чудовища торчала рукоять кинжала. Уверенная рука хирурга нанесла удар с анатомической точностью. Острие клинка перерубило шейные позвонки и проникло в мозг, уложив обезьяноволка на месте.

– Иногда и медицинское образование может на что-то сгодиться, – откуда-то нашел в себе силы пошутить Трэвис, но Грейс только судорожно кивнула и даже не улыбнулась.

Топот сапог по коридору. Трэвис едва успел подняться с пола, как в комнату ворвались сразу несколько человек. Первым был темноволосый рыцарь с мечом в руке, которого, кажется, звали Даржем, а за его спиной теснились Бельтан, Фолкен и Мелия.

– Бычья кровь! – в изумлении покачал головой Бельтан. – Ты не ранен? – озабоченно спросил он, подхватив под локоть пошатывающегося Трэвиса.

– Я в порядке, – с трудом выдавил тот.

– Да где же в порядке, когда у тебя все плечо в крови!

– Ты же сам говорил, что рыцарь и раны неотделимы друг от друга, – напомнил Трэвис. Бельтан нахмурился:

– Говорил. Только ты пока что не рыцарь. И на твоем месте должен был оказаться я.

Трэвис не знал, что сказать, и поэтому ничего не ответил. Рана – это ерунда. Главное, что Бельтан по-прежнему остается его другом и готов в любой момент рискнуть за него жизнью,

Дарж тем временем бросился к Грейс. Бросив взгляд на ее забрызганную кровью руку, рыцарь страшно побледнел и пал перед ней на колени.

– Ах, миледи, вы тоже ранены! И рана, без сомнения, смертельна. Это я во всем виноват, я один! Как я мог оставить вас без присмотра? Нет мне прощения, нет мне оправдания!

Грейс перестала дрожать и изумленно уставилась на коленопреклоненного причитающего эмбарца.

– Что с вами, Дарж? – спросила она. – И с чего вы взяли, что я умираю? Я вовсе не ранена, и кровь тоже не моя.

Рыцарь растерянно заморгал, пристально оглядел окровавленную руку и смущенно откашлялся.

– Что ж, это замечательно. Я очень рад, что вы в добром здравии, миледи. И все же, – добавил он, поднимаясь с колен, – я присоединяюсь к словам милорда Бельтана: на вашем месте должен был быть я!

Шурша юбками, Мелия грациозно обогнула обоих рыцарей и склонилась над трупом убитого монстра.

– Похвальные намерения, – заметила она, – только запоздалые. Леди Грейс и наш Трэвис, как я погляжу, отлично управились и без вашей помощи.

Трэвис оглянулся на Грейс. Глаза их встретились, и, хотя обоим было не до смеха, они все же не смогли удержаться от улыбки.

– Кстати говоря, как вы здесь оказались? – спросил он, обращаясь к Мелии.

Та сердито посмотрела на него:

– Между прочим, ты отсутствовал больше четырех часов, Трэвис. Мы начали беспокоиться и отправились тебя искать. По дороге встретили Даржа, который направлялся навестить леди Грейс. Все очень просто, как видишь.

Трэвис нахмурился. Что-то здесь не состыковывалось.

– Да, но как вы узнали, что я здесь, в этой комнате?

Мелия насмешливо приподняла бровь и промолчала. Трэвис слишком хорошо изучил ее манеру, чтобы расспрашивать дальше.

Фолкен подошел к ней и тоже принялся рассматривать мертвого обезьяноволка.

– Представить себе не могу, откуда он здесь взялся? – покачала головой волшебница.

– Фейдрим! – с отвращением произнес бард и выпрямился.

Мелия задумчиво потерла ладонью подбородок.

– Сначала Бледные Призраки, теперь вот это… Хотела бы я знать, с каким порождением Зла придется нам столкнуться в следующий раз?

– Смотри накаркаешь! – погрозил ей пальцем Фолкен. – Меня другое интересует: почему он залез именно сюда? Мелия обратила взор на Грейс:

– Быть может, нам расскажет об этом ее светлость?

Взгляды всех присутствующих скрестились на ней. Наступила томительная пауза. Грейс замерла, как зверушка, захваченная лучами автомобильных фар. Трэвис, уже оправившийся от потрясения, понял, что ее нужно срочно выручать. Высвободив локоть, он шагнул к полке, нацедил вина из оловянного кувшина, повернулся к Грейс и вложил полный кубок ей в руку.

– Сдается мне, – сказал он, сочувственно глядя ей прямо в глаза, – что кому-то очень не по душе ваши успехи на поприще шпионажа.

Грейс молча кивнула и одним глотком осушила кубок.

Над кейлаверской цитаделью забрезжил рассвет – холодный и серый, как рыцарская кольчуга. Через щелочку в ставнях Грейс следила за его приближением. Всю ночь она не смыкала глаз.