Марк Энтони - За гранью

От чего же она все-таки пробудилась посреди ночи? Кажется, ей послышался какой-то странный звук – отдаленный, но чистый и прозрачный, похожий на… колокольный звон? Да, пожалуй, – именно на перезвон церковных колоколов, слышный иногда за много миль, особенно в такую вот тихую морозную ночь. Вполне правдоподобное объяснение, если бы не одна загвоздка: с первого дня пребывания в Кейлавере Грейс ни разу не слышала колокольного звона и ни разу не видела ничего, хотя бы отдаленно напоминавшего звонницу. Даже если допустить, что где-то в окрестностях замка есть колокольня, все равно возникает законный вопрос: какой дурак станет бить в колокола глубокой ночью? Движимая внезапно вспыхнувшим любопытством, Грейс сползла с кровати, накинула на плечи плащ и выскользнула в коридор.

Босые ноги сразу окоченели от прикосновения к холодным плитам пола. Она посмотрела направо, потом налево. Коридор был пуст. Замок спал.

Ощущая себя полной дурой, она продолжала прислушиваться и в то самое мгновение, когда уже окончательно решила махнуть рукой, вернуться в спальню, попить водички и снова завалиться в постель, опять услыхала отчетливый перезвон. И если в первый раз она еще могла ошибиться спросонья, то сейчас никаких сомнений не было. Более того, звон доносился не снаружи, а откуда-то изнутри крепости.

И звенели не колокола, а колокольчики.

Забыв об озябших ногах, Грейс устремилась направо по коридору. Не прошло и минуты, как колокольчики вновь зазвенели, но уже значительно ближе. Она ускорила шаг, потом перешла на бег. Порыв холодного ветра ударил ей в лицо, заставив остановиться. Коридор заканчивался тупиком, в центре которого темнело единственное круглое окно. Оно было распахнуто настежь, и сквозь него внутрь со свистом врывался студеный зимний ветер. Грейс поежилась, но все же подошла к окну и выглянула наружу. Еще с вечера пошел снег, и во дворе намело целые сугробы, но к этому часу тучи разошлись, и снежный покров под окном сиял в лунном свете первозданной белизной. От окна до земли было не меньше двадцати футов, но острый глаз Грейс без труда различил цепочку небольших углублений в свежевыпавшей пороше. Следы!

Цепочка следов поднималась к вершине холма, на котором высилась цитадель, и исчезала за гребнем. Проследив за их направлением, Грейс уперлась взглядом в темную полосу на горизонте. Сумеречный лес.

Она не знала, сколько времени простояла так у распахнутого окна. Приступ крупной дрожи вернул ее к действительности. Кто бы – или что? – ни выбрался из замка этим путем, бросаться в погоню было уже поздно. Захлопнув окошко, Грейс повернулась и побрела к себе.

Где-то на полпути она повернула за угол и приглушенно ахнула, застыв на месте. В дюжине шагов спиной к ней стоял перед закрытой дверью какой-то мужчина. По крайней мере она подумала, что это мужчина, хотя лица не разглядела, да и одет незнакомец был в длинный, до пят, бесформенный балахон, черный, как безлунная ночь. В руках странная личность держала нож, которым что-то старательно вырезала на поверхности двери.

Грейс затаила дыхание, раздумывая, как ей поступить, потом осторожно откашлялась и неуверенно произнесла:

– Доброй вам ночи…

Фигура у двери замерла. Голова в черном капюшоне резко повернулась к ней, но спрятанного в складках лица Грейс по-прежнему не видела. Она шагнула вперед. Человек в черном беззвучно метнулся в сторону и бросился наутек. Полы балахона развевались за его спиной, как крылья гигантской летучей мыши. Что-то звякнуло и покатилось по каменным плитам пола.

– Стойте! – воскликнула Грейс, протягивая руку, но было уже поздно: таинственный незнакомец свернул за угол и исчез.

Грейс недоуменно покачала головой. И что ее так все боятся? Она подошла к двери, над которой трудился беглец. Интересно, что он там хотел вырезать? Любовное послание в стихах? Она не сразу обнаружила след – он оказался таким маленьким, что она его вряд ли заметила бы вообще, если бы не знала, где искать. В левом верхнем углу двери был вырезан или выцарапан странный символ, состоящий из двух соединенных дуг:

Грейс долгое время рассматривала знак на двери, но так и не поняла, что он может или должен означать. Голова опять разболелась, да еще она так устала и продрогла, что совсем перестала что-либо соображать. Разумнее всего будет вернуться сюда завтра утром вместе с Эйрин или Даржем. Не исключено, что кто-то из них узнает этот значок, который, возможно, имеет отношение к одному из таинственных культов.