— Ты переспала с Робертом? — выдохнула Симона. — Как ты могла это сделать?
— А почему нет? У вас же все кончено. У тебя мистер Сталь и его цепи.
— Стейси не имеет отношения к Роберту! — негодовала Симона.
— Надеюсь, нет.
— Не сволочись.
— Слушай, — в гневе сказала Анита, — я позвонила, чтобы сказать все. Нечего катить на меня бочку.
— Неужели? А я качу, мисс Норформс. И если тебе интересно знать, то я рассказала Роберту и о свечах.
— Де Голль — засранец, — сказала Анита.
— А в Германии неофашисты, — ответила Симона.
— Сука.
— Паскуда.
Обе бросили трубки в уверенности, что последнее слово осталось за ней. Затем они занялись повседневными делами, и каждая ждала встречи со своим мужчиной в этот вечер. Симона встречалась со Стейси, чтобы поужинать в «Русском чайном доме», а потом они хотели опробовать новые тяжелые цепи, которые он купил. Анита играла роль хозяйки у Роберта, который пригласил к себе сотрудников Детского центра на ежегодную вечеринку.
Через три дня Анита проснулась в Париже и нашла у себя вшей. Сначала она не поверила глазам. Такое не может случиться с красивой, чистоплотной, безукоризненной, уважаемой девушкой, которая принимает душ дважды в день, но факт был налицо. У нее истерически заметались мысли, когда она поймала одну мерзкую тварь и рассмотрела ее под лампой. Крошечное насекомое, очень похожее на миниатюрного краба, было перед ее глазами во всей своей гадкой красе.
Следующая ужасная мысль была о том, сколько же его собратьев ползает по ее лобку в эту секунду. Она закурила, испытывая жгучее желание заорать изо всей мочи. Сначала, пока не поняла, что заполучила, Анита решила, что у нее такой же зуд и чесотка, как у Симоны, но интуиция подсказывала, что они с Симоной настолько разные, что у них не может быть одинаковой болезни, разве что разразится всемирная эпидемия чумы.
Анита знала, что бы с ней ни случилось, это будет отражением ее личности, точно так же как зуд из-за забытого тампона отражал личность Симоны. Когда поймала и изучила вошь, то вспомнила, что родилась под знаком Рака, символом которого был краб, и задумалась: может, ее постиг ужасный удар со стороны звезд? Немного утешало, что в ее несчастье виноваты звезды и все было предопределено заранее.
— Не надо паниковать, — сказала она себе, так громко взвизгнув, что прибежала горничная.
— В чем дело, мадемуазель? Есть проблемы?
— Ни в чем. — Анита нервно затягивалась сигаретой. — Извините.
— Глупые американки, — бормотала горничная по-французски, выходя из комнаты и покачивая головой.
Анита сломала сигарету, закурила другую и позвонила Роберту в Нью-Йорк, молясь, чтобы он был дома. К счастью, надежда сбылась.
— Ты заразил меня вшами, — сказала она, почесываясь и затягиваясь. — Должна сказать, что нельзя так поступать с людьми. Даже с худшим врагом.
— Вши! — простонал он. — Нет! Беверли!
Анита не сразу поняла его слова.
— Ты от нее заразился?
— Я не знал, пока ты не сказала, но в последние дни у меня очень чешется.
— Я не знала, что ты встречаешься с Беверли. Ты же говорил, что у вас все кончено, так как же ты мог заразиться от нее?
Голос у Роберта был очень смущенным.
— Я не собираюсь с ней встречаться, но недавно мы с ней виделись.
— Как давно?
— Примерно неделю назад.
Она почувствовала себя жестоко обманутой.
— Ты хочешь сказать, что спал с нами обеими в это время, скотина?
— Не закипай, — нервно сказал он. — Только два раза. И я сказал Бев, что это наша последняя ночь.
— Последняя ночь?! — закричала Анита, яростно расчесываясь. — Последняя ночь?! Ты хочешь сказать, что стоило мне ступить за порог, как ты прыгал в постель с этой гнусной шлюхой?
— Нет смысла впадать в истерику. Я не собираюсь больше встречаться с Беверли.
— Я тебе не верю. Ты лжешь. Ты ее любишь.
— Я ее не люблю, но, даже если бы это было и так, кто ты такая, чтобы говорить в подобном тоне? Ты любишь этого молчаливого придурка, который живет этажом ниже.
— Он не придурок, — сказала Анита, подумав, что Роберт, в общем-то, прав. — Это действительно глупый разговор, потому что главное — как избавиться от этой пакости. Ты знаешь, как лечиться?
— Купи в аптеке бутылку «Камфофеника» и протри лобок. Все сразу исчезнет.
— «Камфофеник»? Я пользуюсь им от лихорадки.
— А теперь используй против лобковых вшей.
— Они так называются? — Она вспомнила о его медицинских справочниках. — Кажется, ты специалист по этому вопросу. У тебя они раньше были?
Читать дальше