Джудит Гулд - Вторая любовь

— Верно, но разве загнанная в угол тигрица не опаснее той, что на свободе?

— При обычных обстоятельствах это так. Иногда. С нашим проникновением в «Пан Пэсифик Коммонвелф Бэнк», разве мы не получили восемь процентов голосов в «АмериБэнке»?

Достопочтенный Петух кивнул.

— А разве «Пан Пэсифик» не купил закладные этой женщины?

Достопочтенный Петух снова кивнул.

— Значит, она у нас в руках. Отели — это ее залоговая гарантия, мы держим бумаги, наступает май, мы поворачиваем кран, перекрываем поток наличных, а в августе предъявляем закладные и попадаем на небеса одним махом!

Повисла благоговейная тишина.

Достопочтенный Бык чуть улыбнулся.

— Я верю, что по западным меркам, эта женщина считается самым прекрасным цветком, хотя всем известно, насколько глупы варвары в этом вопросе. Но подождем и увидим. Она скоро узнает, что такому нежному бутону место в цветнике, а не на поле битвы вместе с мужчинами!

Достопочтенный Петух поклонился.

— Примите тысячу извинений за то, что оскорбил вопросом вашу великую мудрость.

Лунтао кивнул. Потом повернулся к бирманцу.

— Достопочтенная Лошадь, вы проявили величайшую мудрость, выбрав это место для нашей встречи. Будучи нашим хозяином, вы проследите за тем, чтобы были приняты все необходимые меры предосторожности?

— Не сомневайтесь, прославленный старец. Мой телохранитель — человек множества талантов. Взрывчатка уже на месте. Как только мы уедем, это место превратится в воспоминания.

— Это честь для меня иметь такого одаренного брата.

Старик отодвинул кресло и медленно поднялся. Остальные последовали его примеру.

— Нам следует уехать отсюда с обычными интервалами, — произнес достопочтенный Бык и низко поклонился.

Остальные поклонились еще ниже, чтобы продемонстрировать свое уважение.

— Да пребудут с каждым из вас боги удачи, — произнес старейший.

— Живите десять тысяч лет.

— Дой йей, — поблагодарил лунтао.

Встреча закончилась.

Старая песня, да на новый лад.

— Джимми, Джимми, — голос Джоэла дребезжал в трубке. — Ты меня убиваешь своими проигрышами. Тебе это известно?

Некоторые вещи никогда не меняются.

— Ага. — Джимми Вилински с трудом мог стоять спокойно. Он подпрыгивал на месте, трубка телефона-автомата зажата между ухом и плечом. — Знаю. Твое долбаное сердце обливается из-за меня кровью.

— Позволь мне задать тебе один вопрос, — Джоэл говорил, как старший брат.

Джимми хотелось сказать ему: «Эй, Джоэл! Кончай трепаться. Не возражаешь? Можно подумать, тебя и вправду это колышет… Когда это букмекеры перестанут надеяться на то, что их клиенты не выиграют и не обдерут их как липку?»

Точно. Вот это был бы денек.

— Сколько времени прошло, как заплатили твои долги? — между тем продолжал Джоэл. — Шесть дней? Семь?

«Черт! — подумал Джимми, переминаясь с ноги на ногу. — Можно подумать, мне нужны эти проповеди!»

— Что-то вроде этого, — отозвался он задиристо. — А что?

Вилински так и стоял, привалившись спиной к стене, его черные бегающие глазки, похожие на изюмины, перемещались с предмета на предмет, ведя наблюдение за суетой и давкой.

Порт Оторити.

Как всегда на автобусной станции кишел народ, сегодня даже больше, чем обычно, потому что холод загнал сюда людей с улицы.

Порт Оторити.

Хорошее место для охоты. Сводники легко найдут нового клиента, да и прочие нищие и трахальщики в накладе не останутся. Личности с голодными глазами, по которым тюрьма плачет, стремятся к наживе. Нервничающие отбросы общества надеются на удачу. Карманные воришки обрабатывают толпу, у которой есть наличные. Местные пассажиры слишком бедны, чтобы позволить себе купить машину или билеты на самолет, завести кредитную карточку или чековую книжку. Вынужденные обратиться для переезда в компанию «Грейхаунд и Трейлвейз», они проходят сквозь строй кружащих вокруг них акул. И то там, то сям Джимми видел пары людей в форме пешего патруля, действующих так, словно они поддерживают закон и порядок, хотя на самом деле им на все наплевать.

В точности как Джоэлу… А тот снова завелся:

— Эй, Джимми! Ты меня слушаешь?

— He-а. Я тут полетал немного. Ну, ты знаешь. Одно из таких астральных путешествий.

— А?

— Разумеется, я слушаю! Господи! Ты собираешься ставить мои шесть штук на «Дельфинов» или как?

— Твои шесть штук? — прошипел Джоэл. Его голос звучал так, словно он подавился собственной сигарой. — Ты хоть знаешь, сколько ты уже вбухал начиная с прошлой недели?