Айрис Денбери - Рандеву в Лиссабоне

— Ничего плохого там бы с тобой не случилось. Я хорошо знаю эту пожилую пару, хозяев этой таверны.

— Ну конечно, поэтому ты и дала им взятку.

— Дженис, ты просто не помнишь, как агрессивно себя вела. Ты кричала: «Я хочу ехать в Миранделлу!»

— И вместо того, чтобы оказаться недалеко от Миранделлы, как ты меня в том старалась убедить, мы находились всего в двух милях от вашего дома. Как я могу верить хоть единому твоему слову?

Леона несколько минут молчала, и Дженис удалось задать ей главный вопрос:

— В чем была настоящая причина всего твоего плана? Я спрашиваю только потому, что хочу понять, почему ты проделывала со мной эти жестокие выходки?

— Если я расскажу тебе, ты никогда мне не поверишь. Ты сама только что мне об этом сказала.

— Вполне возможно, что я тебе и не поверю. Я вижу, что ты на все готова, чтобы дискредитировать меня перед Эверардом, не так ли?

— Может быть, ты и права. Уезжай поскорее отсюда в Англию и выходи замуж за того парня, что тебя там ждет. Мы с Сельмой только этому порадуемся.

— Сельма? Ты действительно веришь, что я могу встать между ней и Эверардом? — Дженис сделала над собой огромное усилие, чтобы Леона ничего не заподозрила.

— Эверард много раз приезжал в Португалию, — медленно произнесла Леона, — но он никогда не привозил с собой секретаршу. Мы сразу подумали, что это очень странно.

Дженис рассмеялась. Нужно было приложить все усилия, чтобы Леона так и не поняла, как она относится к Эверарду.

— Совсем ничего нет в этом странного. Ему нужен помощник, который был бы с ним все время. Может быть, сейчас, когда он возвращается, он привезет с собой новую девушку, которая займет мое место, более опытную и сведущую в бизнесе. — Она немного подождала, но потом не удержалась и сказала: — Может быть, та окажется настоящей соперницей для твоей сестры.

— Значит, ты скоро возвращаешься домой? — просияла Леона.

— Пока не знаю. Еще ничего не решено. Давай подождем возвращения Эверарда.

Когда Леона наконец ушла, Дженис растянулась на кровати и отдалась прекрасному чувству, предвкушая завтрашний приезд Эверарда. Что бы ни рассказали ему о происшедшем с ней здесь, она завтра снова его увидит.

Эверард приехал на следующий день, где-то после полудня, прямо из Опорто. Дженис едва сдержала себя, чтобы не выбежать ему навстречу. Со своего балкона она видела приближающийся лимузин, шофера, который вышел, чтобы открыть Эверарду дверцу машины. При виде его сердце ее сделало рывок и провалилось, но она тут же заставила себя успокоиться. Скоро всем ее приключениям в чужой для нее Португалии придет конец, и она сможет спустя годы спокойно вспоминать об этом, продолжая свою деловую карьеру.

Широкая терраса была залита светом зажженных фонариков. Когда Дженис спустилась, здесь уже собралось человек двенадцать для аперитива перед обедом. Она внутренне приготовилась к встрече с Эверардом, но, когда он неожиданно подошел к ней, она так смутилась, что не могла выговорить ни слова, кроме ординарных фраз:

— Как прошла ваша поездка? Успешно?

Он лишь улыбнулся, глядя на нее поверх бокала с шерри:

— Спасибо, все прошло прекрасно. А как ваш отдых?

— О, я получила огромное удовольствие: сбор маслин, процесс производства вина и многое другое.

— Завтра возвращаемся к работе. — В его глазах она увидела насмешку и слегка угрожающие искорки.

Тут же его увел для делового разговора один из родственников. Бедный Эверард! Всегда бизнес, но, с другой стороны, ведь завтра он возвращался в Лиссабон.

После обеда, когда она собралась присоединиться к кругу гостей, собравшихся вокруг Эверарда, к ней подошел Мануэл и предложил прогуляться по саду.

— Дженис, пожалуйста, пойдемте со мной. Я понимаю, что завтра рано утром Эверард увезет вас в Лиссабон и это ваш последний вечер здесь.

Мануэл очень старался, чтобы сделать ее пребывание в стране таким насыщенным и приятным, поэтому, поколебавшись секунду, она позволила ему увести себя из дворика в сад, где не было гостей.

— Что вы собираетесь делать после Лиссабона?

— Я пока еще не представляю. У Эверарда не было возможности сказать мне о его планах.

— Мне бы хотелось, чтобы все было по-другому, — вздохнул в темноте Мануэл.

— В каком смысле?

— Хотелось бы, чтобы вы остались здесь навсегда.

— Но вы же знаете, что это невозможно.

— А если вы выйдете замуж за португальца? Вы знаете, Дженис, я очень к вам привязался.

— Вы мне тоже нравитесь, но как только я уеду, вы тут же меня забудете.