Миранда Гловер - Шедевр

Я не ответила, но Эйдан видел меня насквозь.

— Эстер, пора вам как следует познакомиться. Главным образом ради Сэма.

— Я ничего и не говорю, — возразила я.

Но Эйдан продолжал примирительным тоном:

— Сэм взрослеет, он хочет знать о тебе больше. Возможно, скоро он начнет приезжать ко мне в Лондон на каникулы.

Больше всего мне не хотелось сегодня ужинать у бывшей жены Эйдана, и я неуютно чувствовала себя рядом с его сыном. При нем я ощущала себя… Как это можно назвать? Неспособной к материнству? Нет, не то: скорее, неполноценной, словно я что-то упустила в своей жизни.

— Почему ты не хочешь идти? — шепотом спросила Петра, в банном полотенце укладываясь на кровать.

— Мне просто не нравится находиться рядом с Каролин.

— Слушай, но ведь они развелись восемь лет назад, к тому же она лесбиянка. Нет никаких шансов, что они сойдутся вновь, не так ли? И им надо растить Сэма.

— Разумеется.

— Только не говори, что ты ревнуешь к Сэму.

— Конечно нет.

Правда заключалась в том, что когда Эйдан общался с Каролин и Сэмом, я ощущала себя неудачницей. Я понимала, что его преданность семье заслуживает уважения, но выносить ее было тяжело, особенно когда мы переживали трудный период в наших отношениях. В общении Эйдана с семьей была бескорыстность, отсутствие денежного интереса. Я лежала на кровати с закрытыми глазами, испытывая чувство опустошенности и невесомости. Сказывалась перемена часового пояса.

В гостиной Каролин толпилось около двадцати человек. Они небрежно переговаривались и потягивали коктейли, подносимые официантками в форменной одежде. Стоявшая в центре Каролин поспешила нам навстречу. На мне было короткое пурпурное бархатное платье и парик из длинных темно-рыжих волос. Это был тот самый парик, который я хотела использовать для выступления в образе миссис Лейлэнд. Петра настояла, чтобы я надела его — ей нужно было видеть, как он смотрится. Я знала, что своим видом составляю разительный контраст с Каролин: короткие светлые волосы, стрижка «боб», одежда в бежевых тонах, персиковый цвет лица и пережившие подтяжку глаза.

— Как поживаешь? — радостно спросила она.

— Спасибо, хорошо, — ответила я, выдавливая из себя широкую улыбку и беря с подноса коктейль. Я понимала, что следует научиться расслабляться в присутствии Каролин, — она не представляет для меня никакой опасности. Оснований для ревности у меня не было, скорее, мне мешали мои предрассудки. Ради Эйдана я должна постараться наладить отношения с его бывшей женой, к тому же мне так хотелось, чтобы он был счастлив.

Эйдан нежно обнял Каролин, потом представил ей Петру.

— Я очень много о вас слышала, — сказала Каролин.

К моему неудовольствию, Петре она, казалось, понравилась, и между ними сразу же завязалась увлеченная беседа. Тут непонятно откуда возник Сэм и повис на своем папе. Они поцеловались. Эйдан любил сына больше жизни. Он отбросил бы меня, как камень, если бы Сэм этого потребовал.

Мальчик повернулся и лукаво посмотрел на меня.

— Привет, Эст, — счастливо улыбнулся он. — Твои волосы выглядят как-то странно.

Отвечать не было необходимости: Сэм уже сменил тему.

— Пойдем, я покажу тебе диск, пап.

— Сейчас, через минутку, сначала я хочу кое с кем познакомить Эстер.

Эйдан кивнул в сторону женщины, стоявшей к нам спиной в другом конце комнаты, и Сэм тут же радостно подлетел к ней.

— Это Соня! Идем, я познакомлю вас.

Услышав возглас Сэма, женщина повернулась, чтобы поздороваться с нами. Я тотчас же узнала ее по фотографиям в прессе. У нее было круглое лицо, бледная, без единого изъяна кожа, стриженые, черные как смоль волосы и строгий, цвета грозовой тучи костюм. Возраст Сони не поддавался определению. В своей белой блузке она походила на хрупкую фарфоровую куклу, и, казалось, могла рассыпаться, если к ней прикоснешься. Она всегда мне кого-то напоминала, но я не могла понять кого.

Сэм обнял Соню за талию. Улыбаясь, она протянула мне маленькую холодную ручку, и я ощутила легкое пожатие.

— Привет. Меня зовут Соня Мирч, я одна из ваших американских почитателей. Рада видеть вас в Нью-Йорке.

— Я счастлива познакомиться с вами, — сказала я, — но боюсь, что мой визит будет коротким.

— Я слышала об аукционе. Мы не можем дождаться этого события. — Соня взглянула на Эйдана и улыбнулась. — Было бы здорово, если бы после продажи вы провели неделю в Манхэттене.

— Я над этим подумаю, — пообещал Эйдан.

Их глаза встретились. Затем они оба рассмеялись какой-то общей шутке.