Пенелопа Дуглас - Испорченный

Я дернул головой в сторону входа в катакомбы, сохраняя молчание. Рика замешкалась, озираясь, однако все равно развернулась и пошла вперед.

Она мне не доверяла. Но хотела этого.

Мы подошли к проходу. Оттуда исходила прохлада, проникшая сквозь ткань моих джинсов и толстовки.

Рика замерла.

– Там нет… – Она обернулась ко мне. – Там нет света.

Я стоял сзади, смотрел на ее макушку и ждал. Меня не волновало, был ли там свет.

Похоже, когда я ничего не ответил, она это поняла. Сделав глубокий вдох, Рика наощупь, медленно шагнула на лестницу и провела рукой по стене справа, используя ее в качестве ориентира и поддержки.

С каждым ее шагом мой член становился все тверже.

Спустившись, она вновь оглянулась и вопросительно посмотрела на меня. Тьма стояла почти кромешная, лишь местами через щели в потолке просачивался лунный свет.

Холодная тишина тоннелей, уходивших вправо и влево, давила на нас подобно смыкающимся стенам. Я задумался, был ли здесь кто-то еще.

Подойдя к Рике, я стал оттеснять ее спиной вперед в ту самую камеру, куда привел ее три года назад.

Попятившись она ступила в небольшое помещение. В темноте я мог различить только ее волосы.

– Майкл? – позвала она. – Где ты?

Я щелкнул зажигалкой, доставая свечу из подсвечника на стене возле входа.

Мягкий свет едва озарял камеру, но его было достаточно, чтобы видеть Рику.

Я уверенно подошел к ней, обратив внимание на то, что матрас, лежавший на полу, когда я был здесь в прошлый раз, исчез, а вместо него появился маленький деревянный стол.

– Здесь есть еще люди? – выдохнула Рика. – Я что-то слышу.

Продолжив приближаться к ней, я схватил завязку своего капюшона и вытянул ее.

Ветер задувал во все расщелины и трещины, создавая иллюзию шепота, доносившегося из тоннелей, однако она не поняла, что причина шума была только в этом. Ее чувства обострились от страха.

– Майкл?

Схватив Рику за руки и услышав тихий вскрик, я обернул веревку вокруг ее запястий, связал их вместе и затянул узел.

– Майкл, что ты делаешь? – спрашивала она. – Скажи что-нибудь!

Я поднял ее связанные руки и накинул веревку на другой подсвечник, торчавший из стены на приличной высоте. Рике пришлось встать на цыпочки, ее тело вытянулось и напряглось.

– Майкл! – Она попыталась освободиться.

Подойдя к ней вплотную, я посмотрел ей в глаза, опустил руку и подхватил край жилетки и выбившейся из-под нее белой рубашки. Потянув вверх, задрал их вместе с лифчиком выше грудей.

– Майкл, нет! – возмутилась Рика. – Я что-то слышу, и мне холодно.

Я опустил взгляд на ее идеальные груди, чуть больше моей пригоршни, и твердые, словно пули, соски.

– Вижу, что холодно.

Сорвав с себя маску, я прильнул к ней, обхватил одну грудь ладонью и накрыл ртом сосок. Другой рукой обвил талию и притянул девушку ближе, пока она извивалась в моей хватке.

Дразня Рику, я лизнул жесткий бугорок, принялся покусывать нежную кожу вокруг соска, буквально пожирая ее. Я наслаждался полной свободой действий, возможностью трогать и ласкать ее.

Не сдержавшись, я хрипло застонал.

Переместившись, поймал ртом другую грудь, начал осыпать ее глубокими, жадными поцелуями, прикусывать сладкую кожу и оттягивать ее зубами.

Тело Рики выгнулось, она запрокинула голову назад, слабо вскрикнув.

Я выпрямился, одной рукой схватил ее за волосы на затылке, а вторую запустил в трусики. Проведя языком по ее губам, заглянул в голубые глаза.

– Не так уж и холодно теперь, – поддразнил ее я; мои пальцы окутало теплом. – Здесь у тебя довольно приятно и жарко.

Она так промокла, что пальцы выскальзывали из нее.

Отпустив Рику, отступил назад и окинул взглядом ее прекрасное тело.

Одна из балеток свалилась с ее ноги, вторая вот-вот последует за ней. Ее гладкий, плоский живот и груди были выставлены напоказ, пока она стояла передо мной совершенно беспомощная.

Я опустился перед ней на одно колено, посмотрел ей прямо в глаза и запустил руку под юбку. Мой член дернулся, когда я нащупал ее розовые кружевные трусики. Бледно-розовые.

Как мило.

Подняв подол юбки, провел языком по клитору через ткань, чувствуя маленький затвердевший бугорок.

– О боже! – воскликнула Рика.

Я отодвинул кружево в сторону и замешкался лишь на мгновение, любуясь гладковыбритой киской и безупречной кожей, после чего накрыл ее своими губами, втянул клитор в рот и медленно провел языком между ее складок.

Подхватив Рику под бедра, приподнял ее ноги над землей и, припав к ней, погрузил в нее язык.