Пенелопа Дуглас - Испорченный

Напольные часы пробили четверть часа. Они не остановились, потому что работали от батареек. Я бесшумно спустилась по лестнице в холл, осмотрелась, тяжело дыша.

Внезапно кто-то схватил меня за руку. Я судорожно вздохнула. Большая, темная фигура подхватила меня и крепко прижала к себе, вынудив обвить ногами свою талию.

– Нет! – закричала я.

Он грубо толкнул меня к стене возле маленького столика. Висевшее над столиком зеркало пошатнулось, когда я ухватилась за плечи человека, в то время как он вцепился пальцами в мои бедра.

Глядя на него широко распахнутыми глазами, я встретилась лицом к лицу с ужасной красной маской.

Майкл.

При виде зверских черных царапин по спине пробежал холодок. Его глаза, будто закованный в цепи монстр, смотрели на меня через маленькие отверстия. Я перестала дышать.

От страха, наполнившего меня, по венам хлынуло тепло. Каждая моя мышца напряглась. Я крепче обхватила бедрами его талию, ощутив скользкую влагу у себя между ног, а мои затвердевшие соски терлись о ткань майки.

О боже. Он был прав.

В глазах пекло от желания заплакать. Проклятье, он был прав.

Сцепив лодыжки у Майкла за спиной, я держалась за его плечи. Ореховые глаза пристально смотрели на меня. Он был в джинсах и черной толстовке, точь-в-точь как в прошлом.

Не прерывая зрительного контакта, я медленно обвила руками его шею. Колотившееся в груди сердце разогнало кровь, наполнив силой все мое тело.

– Да, – выдохнула я, подавшись вперед, практически касаясь губами маски и дразня его. – Да, она меня возбуждает.

Затем я опустила голову и впилась жадным поцелуем Майклу в шею.

Он шумно выдохнул, сильнее вонзив пальцы в мои бедра, пока я атаковала его, целуя, кусая и посасывая горячую кожу, после чего потянулась вверх и лизнула кончиком языка мочку его уха.

После этого спустилась вниз по шее, покрывая ее нежными настойчивыми поцелуями. Проведя носом по коже, почуяла аромат его геля для душа. Такой пряный и мужской. Я склонила голову ниже, заставив Майкла выгнуть шею, и поцеловала его горло, провела языком дорожку до края челюсти.

– Рика, – предупредил он меня суровым тоном.

Только мне было все равно.

Я слышала, как тяжело он дышал в своей маске, и на секунду подумала, что Майкл меня остановит, но удивленно вздохнула, когда он приподнял меня и снова впечатал в стену, притянув еще ближе к себе.

– Твою мать, – хрипло процедил он.

Его рука скользнула вниз между нашими телами. Я испустила стон и прильнула к стене, дав ему место, чтобы он расстегнул свой ремень и джинсы.

Черт, да.

Одной рукой я стянула с себя майку и бросила ее на пол. Затем сильнее сжала руки вокруг его шеи и прижалась обнаженной грудью к его черной толстовке.

Он действовал быстро. Его жадная рука проникла под мои розовые кружевные трусики. Майкл потянул ткань и сорвал их с меня. Затем он обхватил рукой свой член, высвободил его, и его бедра приняли идеальную позу.

– Значит, тебе нравится маска. Твою мать, да у тебя довольно извращенные пристрастия, да? – поддразнил меня он.

Я кивнула. На моих губах появилась легкая улыбка.

– Да.

Майкл погладил мою обнаженную плоть головкой своего члена, проведя ею вверх и вниз между моих влажных складок.

– Прямо как у меня, – прошептал он.

В следующее мгновение Майкл стремительно качнул бедрами. Я вскрикнула, когда его внушительное естество сантиметр за сантиметром погрузилось в меня, полностью заполнив мою влажную киску.

– О, Господи, – воскликнула я, часто дыша, и выгнула спину. – Ты такой твердый.

Я растянулась вокруг него и даже почувствовала слабый укол боли, однако это было чертовски приятно. Его головка проникла так глубоко, что я практически ощущала его у себя в животе.

Я уперлась пятками в поясницу Майкла, максимально близко прижалась к нему своим телом и начала двигаться вверх-вниз навстречу его толчкам, снова и снова.

– Вот так, детка, – низко прорычал он.

Своим натиском Майкл заставлял меня биться спиной о стену; я держалась изо всех сил, пока он беспощадно трахал меня.

Я застонала, сжав его толстовку в кулаках.

– Майкл.

Он рванул меня к себе, ускорив темп и усилив напор. Я чувствовала, как Майкл входил и выходил из меня, наконец-то овладевал мной, однако это ничуть не утолило мою нужду. Только распалило голод.

Прильнув к его шее, я тяжело дышала прямо в его кожу и невесомо провела по ней губами, а затем прошептала:

– Все считали меня хорошей девочкой, Майкл. – Я прикусила мочку его уха и потянула. – Но мне хочется сделать так много плохих вещей. Оскверни меня.