Виктория Готти - Суперзвезда

Она не отвечала, лишь молча смотрела на него.

Джек продолжал:

— Ты же не можешь до конца жизни вымещать старые обиды на каждом встречном мужчине.

Кэсс отчаянно пыталась сдержать слезы. Она была уверена, что, если он не замолчит, ее сердце разорвется. В любви — как на войне и в футболе — нужно нанести удар первым. Собрав остатки мужества, она ровным голосом сказала:

— Очень трогательно. Ты проделываешь это с каждой женщиной, которую не удается сразить наповал с первого взгляда?

Она наблюдала за действием этих злых слов. Но он только усмехнулся, его теплый взгляд обволакивал Кэсс.

— Не все мужчины одинаковы. Среди нас попадаются порядочные люди, которые не станут обманывать.

— Послушай, — сказала она, взглянув на часы, — уже поздно. Мне действительно нужно возвращаться в Венецию. Боюсь, утром мне первым делом придется изучить кое-какие изменения в сценарии.

— В субботу? Зачем? Ночь только начинается, впереди еще столько сюрпризов.

Кэсс не сдавалась.

— Нет, мне правда пора возвращаться. Надо еще поработать над финальной сценой.

— Ерунда, — сказал Джек, снимая телефонную трубку, чтобы сообщить привратнику, что они собираются уходить.

Месье Ларо вернулся с их одеждой. Джек помог Кэсс надеть накидку и сказал:

— Да, нам пора. «Мулен Руж» ждет.

Все еще напоминающий об афишах Тулуз-Лотрека со знаменитыми танцовщицами канкана, «Мулен Руж» олицетворял волшебство и энергию ночного Парижа. Оттуда они успели на ночное шоу в «Лидо», одно из известнейших парижских кабаре. Вечер они закончили в «Дикой лошади», где стриптиз был возведен в ранг искусства.

Было уже половина четвертого утра, когда они вышли из клуба. Они почти бежали под проливным дождем, и Джек сказал:

— Не думаю, что стоит лететь в Венецию в такую погоду. Мой самолет слишком легкий. Давай подождем по крайней мере до утра.

Кэсс съежилась от холодного ветра, раздувающего тонкую накидку. Они были в двух шагах от лимузина. Дождь хлестал по щекам, капли стекали по лицу. Она ответила:

— Что ты предлагаешь? Чтобы мы сняли комнату? Если таким был твой план с самого начала, уверяю тебя, ты совершил ужасную ошибку.

Он скептически взглянул на нее:

— Ты думаешь, я организовал эту ужасную погоду? Будь уверена, даже я не способен на это.

— Дай догадаюсь, сейчас мы появляемся в каком-нибудь великолепном отеле, и выясняется, что у них есть только одна комната с двуспальной кроватью?

Почти втолкнув ее в машину, он ответил:

— Так было в фильме «Это случилось однажды ночью» с Гейблом и Колберт. Нет, мисс Инглиш, это жизнь, а не кино. И разумеется, такая ситуация не была запланирована.

Шофер включил печку, и Джек снял промокший плащ.

— Что же до твоей теории, ты права в двух вещах. Отель действительно великолепный, но нас ждет не одна комната, а целый этаж. — Он повернулся к ней, на его лице заиграла самодовольная улыбка. — И конечно, ты можешь сказать, что я спланировал это заранее, несмотря на то что у меня постоянно зарезервированы комнаты в «Рице». Правление моей компании — включая Роджера — проводит много времени в Париже. Прости, что открыл тебе глаза. Для компании выгодно постоянно иметь зарезервированные номера в отеле.

Кэсс не могла понять, чем вызвано неприятное чувство, овладевшее ею. Была она сердита, оскорблена, или смущена, или, возможно, испытывала все эти чувства сразу?

До отеля они доехали в молчании. Теплые отношения, установившиеся между ними, были разрушены, и Кэсс очень жалела, что испортила все в один миг.

Челси только что засунула купюру в десять тысяч лир в карман посыльного. Смуглый молодой итальянец сказал ей, что видел, как мисс Инглиш вышла из отеля где-то между восемью и половиной девятого вечера. Она была не одна, если верить посыльному, мисс Инглиш сопровождал не кто иной, как мистер Кавелли, которого посыльный знал по имени.

Молодой итальянец смог незаметно передать Челси запасной ключ от номера Кэссиди. В наши дни деньги могут открыть любые двери.

Челси задержалась в прихожей номера Кэсс. Она заглянула в гостиную, подмечая великолепие обстановки, которая могла сравниться разве что только с ее апартаментами. Однако интерьер не представлял для нее интереса, у нее на уме было другое. Челси, влекомая неведомой силой, прошла через номер к спальне. Временное пристанище принцессы… здесь Кэсс скрывалась каждый вечер, чтобы совершить тот жалкий обряд, который она назвала работой.