Кен Шэйкин - Соблазн

— Где ты была, мама?

— В постели.

— Не могу поверить, что ты там.

Как будто она должна была спать на улице.

— Я все утро провела в движении.

— Не могу поверить, что ты ушла в подполье. — Голос дочери звучал осуждающе, посылая ее ко всем чертям.

— На самом деле я поднялась на десять этажей.

— И что ты там делаешь?

— Пытаюсь заснуть, дорогая.

— Думаю, ты пыталась изменить жизнь. Но ничто не изменилось, кроме расположения твоей кровати.

— Любой новый день требует ночного сна.

— День закончился.

— Так рано? А почему ты шепчешь?

Последовала длинная пауза.

— В соседней комнате находится мужчина.

— В самом деле? И ты разбудила меня, чтобы сообщить об этом? Если это грабитель, позвони в полицию. — Она поднялась с кровати и направилась к кофеварке.

— Это француз.

— Что заставляет тебя думать, что все французы нечестные люди?

— Это француз без своего смокинга…

Барбара поняла намек.

— Ты имеешь в виду, что он голый?

— Нет, я имею в виду, что официант, которого ты соблазняла на нашей вечеринке, вернулся на место преступления! — крикнула дочь в трубку, как будто больше не могла шептать.

Барбара вздрогнула.

— Но ваш дом не был местом преступления, дорогая. — Нажав волшебную кнопку, она ожидала, когда нацедится кофе, размышляя, что официант может там делать. — К тому же я никогда не признавала, что мы совершили какое-то преступление.

— Хорошо, тогда с какой стати он проделал весь этот путь сюда, чтобы вернуть твои часы «Ролекс», которые каким-то таинственным образом оказались у него?

— Он сделал это? — Барбара была тронута, хотя прелюдия ее несколько встревожила. Что ему надо? Если бы он нуждался в деньгах, он бы продал часы. — И что он хочет? — вынуждена была она спросить.

— Очевидно, ничего. Только вернуть часы. Он сказал, что это единственный адрес, который ему известен. Довольно жутко сознавать, что у этого человека есть наш адрес.

— Я не давала ему вашего адреса. Он был у всех официантов.

— Но вернулся именно тот, которого ты соблазняла, мама.

— Хорошо, что еще он сделал? Он приехал явно не для того, чтобы стащить что-нибудь. Наоборот. Он вернул мои часы. — «Боже, как художник может быть настолько глуп!» — Скажи ему, что он может оставить себе эту проклятую вещь. Это подарок. Вместо оплаты.

— Оплаты за что? Чем ты занималась с этим вонючкой, мама?

Как будто она не знает.

— Послушай, дорогая. Сердечно поблагодари этого вонючку и дай ему денег на такси. Он больше никогда не вернется. Скажи ему, что я не в состоянии отвезти его домой, потому что живу в городе, но не говори, где именно.

— Ты даже мне еще не сказала, где живешь! Мама, у тебя кризис среднего возраста.

— Нет, дорогая. Он был у меня много лет назад. Сейчас я готовлю себя к ранней смерти.

— Я хотела бы, чтобы ты советовалась со мной, прежде чем снова совершишь какой-то необдуманный поступок. — И продолжила голосом, заимствованным из ток-шоу: — Я чувствую себя забытой.

— Если хочешь, можешь сама отвезти его домой. Место, где он живет, еще более вонючее, чем он сам. Но когда он тебя трахает, его член двигается из стороны в сторону, и это создает незабываемое ощущение, какого я никогда не испытывала прежде.

— Мама… — сказала дочь, прежде чем бросить трубку, — ты внушаешь мне отвращение.

Кофе приготовился в кофеварке как раз вовремя, чтобы Барбара могла вернуться в кровать. Она проснулась, когда солнце уже заходило, и успела полюбоваться прекрасным зрелищем, мягкие лучи освещали Гудзон и священные холмы на дальнем берегу. Новый день закончился. В Нью-Джерси.

Она выпила кофе в постели и насладилась удобством своего нового туалета. Все близко, под рукой: спальня, кухня, ванная, туалет.

Она рисуется своим грешным желанием, которому потворствовала бы, если бы вечер не ознаменовался скучной аварией. Ее вибратор снова после смены батареек не работает. Теперь нужен новый вибратор или новые батарейки.

Новый очень быстро становится старым — прежде, чем устанавливается необходимый толчок. Эффект памяти батареек. Она чувствует запоздалый проблеск удовольствия от своей вчерашней идеи сходить куда-нибудь вечером, несмотря на то что не смогла дождаться конца ночи и отправилась домой одна. Так же в процессе рождения ребенка возникает неприятная задержка, прежде чем наступает окончательное облегчение.

Когда она в первый раз вила гнездо, это было почти полетом. Замужество казалось именно тем, что она хотела, но медовый месяц в один прекрасный день закончился. Все, что она получила, было насиженное яйцо, но ей хотелось своего маленького цыпленка, не говоря уж о петухе. Хотелось, пока маленький цыпленок не стал огромным бройлером и не начал считать ее неудачницей. Пока петух не превратился в индюка, который удрал из курятника. Но затем ее воспоминания перестали быть такими радужными. Ее жизнь превратилась в каникулы, в которые она никогда никуда не ездила, но другие уезжали, оставляя ее, как лишний багаж. Заведенный порядок имеет обыкновение нарушаться, но стремительно приобретенный опыт может закончиться только разочарованием. Она нуждается в новых высотах, чтобы достигать их, вопреки представлению, что достижение цели может закончиться падением с большой высоты. Падением на тротуар с десятиэтажной высоты. Плюх!