Тамара Перова - Желтый бриллиант

Прогулка по набережной несколько успокоила госпожу Таню.

— Танюш, а ты где работаешь?

— Раньше, при Советской власти — в бухгалтерии одного КБ. Потом всех разогнали, я с подругой ездила в Турцию, в Польшу, в Чехию за бижутерией. Мы открыли несколько ларьков. Дело шло хорошо, если не считать «крышу», ментов и прочую шваль.

— Ты замужем?

— Какой, там, замужем? Как я стала «челночить», мой, к молодой отвалил. Сын — взрослый, сам по себе живет.

— Чем сейчас промышляешь?

— Обижаешь, начальник, у меня четыре салона бижутерии в крупных торговых центрах. Вещички — красивше настоящих брюликов.

Илья Сергеевич, с восторгом смотрел на госпожу Таню. Пора было спешить к ужину.

После ужина Илья ждал Танюшку в холле, развалившись на большом кожаном кресле. На улице моросил мелкий теплый дождик. Таня с детства обожала такую погоду. В куртке с капюшоном или под зонтом она могла часами гулять в «туманном дожде». Госпожа Таня надела серый в мелкую клетку, довольно длинный плащ, туфли «а-ля галоши», взяла зонт и отправилась «дышать озоном». Присутствие Ильи госпожа Таня стала воспринимать как некую данность, необходимость, от которой нельзя отказаться. Она могла его вежливо прогнать, но ей было неловко делать неприятное и так не очень удачливому человеку. Он не был ей особо приятен, но и не был противен.

Пусть будет! Решила она.

Илья, сразу заявил:

— Погода не для прогулок, идем за пивом и ко мне — в номер.

Госпожа Таня Видова покорно согласилась.

На улице была сказка, ее сказка. Она хотела настоять на недолгой прогулке, но посмотрела на Илью, и пожалела его. В том же, похоже, единственном пиджачке, джинсах, видавших виды, тонких замшевых ботинках, он, как страус, на длинных ногах перепрыгивал через незначительные лужи по направлению к мини-маркету.

— Ты будешь пиво?

— Конечно, нет.

Он взял с полки три алюминиевых банки самого дешевого пива, оплатил наличными, долго выворачивая карманы в поисках мелочи. Кассир-негритянка весело улыбалась. В магазинчике стало душно, госпожа Таня не вытерпела, достала из кошелька купюру, кажется, 10 евро, отдала негритянке, сдачу высыпала в кошелек.

— Танюшка, радость моя!

— Хватит уже. Пошли отсюда!

Госпожа Таня вошла в номер своего нового друга. Она первый раз в жизни заходила одна в жилище, тем более, гостиничный номер, чужого, малознакомого мужчины. Илья был прав: номер был ужасный. Старая, довольно узкая кровать, кресло, столик, маленький телевизор на стене.

— Располагайтесь, мадам! Чем богаты, тем и рады.

Таня положила на пол около кресла зонт и сумку. Илья галантно помог снять влажный плащ. Нашлась вешалка-плечики. Когда Илья развешивал Танин плащ, он неизбежно на внутренней стороне одежды увидел этикетки производителя. Илья, как показалось Тане, побледнел.

— Это, что — настоящее?

— Что, настоящее? — не поняла госпожа Таня.

— Это вот, что, правда «Шанель»?

Он почти сунул ей в нос подкладку ее плаща с этикеткой «CHANEL». Плащ она купила два дня назад в одноименном бутике, недалеко от отеля, когда увидела по местному телевидению прогноз погоды.

— Илюша, что ты! Какая «Шанель», этот плащ я купила на рынке, кажется, в Мытищах, в прошлом году. Они там настрочат, чего хочешь.

Она нежно погладила Илью по щеке, но ей почему-то стало противно от прикосновения к этому мужчине. Захотелось помыть руки.

— Ладно, Танюшка, успокоила.

Он открыл банку пива и, не отрываясь, жадно выпил.

«Даже не налил в стакан, — подумала госпожа Таня.

— Давай посмотрим телек. Правда, здесь нет русского канала, но все равно — интересно.

Таня поняла, что в этот номер не подключена спутниковая антенна, но промолчала. Она сидела на краешке кровати, Илья — в кресле. От неудобной позы у нее заболела спина. Она решила.

— Хватит, закрываем балаган, я ухожу домой.

Илья грустно, с растяжкой, пробормотал:

— Пиво закончилось, а выпить хочется. О-очень хочется.

За окном лил дождь.

— Танюш, у тебя есть зонт, и ботинки не промокают, я все заметил! Сгоняй за пивом. Деньги я завтра отдам.

Госпожа Таня Видова вздрогнула. Ей еще никто в жизни не предлагал «сгонять за пивом».

— Илюш, куда я пойду, посмотри на время, у них магазины — до семи. Это тебе — не Россия.

— А что делать, выпить хочется — погода такая! Танюшка, пойдем к тебе, ты, кажется, на третьем этаже. Там номера — богатые! У тебя в номере должен быть холодильник с бутылочками разными. Пойдем!

Он смотрел такими глазами, что отказать она не смогла. Она жалела его, как любая русская баба жалеет пьяного русского мужика.