Сабрина Йорк - Поцелуй шотландца

Но она явно была все еще в ярости на него. И, возможно, выбита из колеи. Его осенило, что, пожалуй, надо бы одеться. Конечно, брюки не смогут защитить его от стрелы, если она решит снова в него выстрелить, но он хотя бы будет чувствовать себя в большей безопасности.

Под взглядом Сюзанны Эндрю вышел из воды, потом, не спуская глаз с этой принцессы-воительницы, поднял свою одежду. Одеться было непросто, потому что кожа была все еще мокрой, и брюки прилипали к телу там, где не следовало, но, одевшись, он почувствовал себя чуть менее уязвимым.

Эндрю еще не встречал женщину, которая бы заставила его почувствовать себя уязвимым. И это ощущение ему определенно не нравилось. Он заметил, что Сюзанна следит за каждым его движением с напряженным вниманием. И хотя ему понравилось, что при взгляде на очертания его мужского достоинства, облепленного мокрыми бриджами, ее глаза блеснули, его тревожило, что она все еще держит лук.

Когда он оделся, она снова заговорила, точнее рявкнула:

– Ну? Какого черта вы здесь делаете?

– Мне не нравится мыться в корыте, из которого поят лошадей.

Эндрю осмелился поклониться и шагнул ближе. Черт, как же она прекрасна в лучах рассвета! Его охватило нестерпимое желание притянуть ее к себе и поцеловать эти надутые губы.

Взгляд Сюзанны снова опустился к его паху и задержался там. Она чуть высунула кончик языка. Эндрю словно жаром обдало. Он оглядел опушку. Никого, они совершенно одни. Ни Хеймиша, который мог бы их прервать, ни крестьян, которые могли бы на них набрести. Никто их не увидит. Идеальное место для соблазнения. Или для убийства. Он надеялся, что она не станет его убивать, но даже если она все-таки пронзит его острыми стрелами, пожалуй, еще один поцелуй с ней стоит такой муки.

Эндрю шагнул ближе, потом еще ближе.

– Вы хорошо спали? – спросил он.

Она нахмурилась сильнее.

– Нет.

– Я тоже. Никак не мог перестать думать о вас.

Ее брови резко приподнялись, потом чуть опустились.

– Обо мне?

– О нашем поцелуе.

Он пошел на Сюзанну. Ее глаза вспыхнули. Она попятилась. Он последовал за ней и шел за ней до тех пор, пока она не уперлась спиной в ствол дерева. Когда она налетела на ствол, ее губы приоткрылись от удивления, она оказалась запертой между ним и Эндрю. Хотя, возможно, это было не удивление, а приглашение. Если выбирать из этих двух вариантов, то Эндрю предпочитал второй.

– Сюзанна. – Он накрыл ладонью ее щеку и подушечкой большого пальца погладил нежную кожу. Потом слегка нажал на ее пухлую нижнюю губу. – Скажите, что вы об этом не думали, не мечтали…

– Я не думала! – выпалила она, но ее выдал розовый румянец, заливший щеки, и дрожь в горле.

– Скажите мне, что вы не гадали, как…

Она глотнула.

– Как что?

– Как это могло бы быть между нами.

Из ее горла вырвался тихий писк, а потом Эндрю опустил голову, их губы соприкоснулись, и она застонала. Этот стон его подстегнул. А может быть, не стон, а ее аромат, ее вкус, мягкий бархат ее рта. Или все это вместе, одновременно.

– О, бог мой!

Он тоже застонал и прислонился к ней, зажав ее между своим ноющим от желания телом и деревом. Давление на его мужское орудие доводило его до безумия. Когда поцелуй стал глубже, Сюзанна об него потерлась. И это еще сильнее сводило его с ума. Целуя ее, он ласкал ее плечо, верхнюю часть руки и медленно продвигался к ее завораживающим грудям. У него так и чесались руки ощутить их вес. Но он ее дразнил – и ее, и себя. Он продолжал исследовать ее тело, передвигая руку вниз, к талии, потом еще ниже. Боже, какие же у нее упругие ягодицы! Он сжал одну, и она поежилась.

Хотя ее рот околдовывал Эндрю, он жаждал большего. Он наклонил голову и стал покрывать поцелуями ее лицо, продвигаясь вдоль челюсти, потерся носом о ее щеку, потом поцеловал кожу под самым ухом. Ее аромат окутывал его, и у него кружилась голова. Она издала низкий грудной стон, погрузила пальцы в его волосы и обхватила его голову, удерживая на месте. Эндрю пытался сдержать улыбку, но не смог. Да! Может, она и борется с ним на каждом шагу, но она этого хочет. Она хочет его!

Не в силах больше сдерживаться, он накрыл рукой ее грудь и слегка сжал. В его ладонь уперся ее отвердевший сосок, он поежился. О да! Ее тело не лгало. Оно не могло лгать. Эндрю поднял голову и посмотрел в ее лицо. Веки Сюзанны отяжелели, губы были влажными, черты лица сделались резче. О, как же он хотел большего! Отчаянно жаждал. Но он хотел и другого: услышать, как она признается, что хочет того же самого.