— Вы хотите, чтобы я купила вам что-нибудь в магазине? — спросила я.
Старик потряс головой и снова захлебнулся в приступе натужного кашля, став почти синим от напряжения.
— Загляни внутрь, девонька, — сказал старик, как только кашель отступил.
Я взяла кошелек. В нем лежало что-то твердое. Осторожно раскрыв защелку я вытащила из кошелька пачку банковских карточек, перетянутую парой резинок.
— Переверни ее, — сказал старик.
Я сделала, как он просил, и увидела мутный прямоугольник маленького пластикового конверта. Внутри него лежала старая черно-белая фотография. Я аккуратно вынула ее. На снимке была запечатлена счастливая молодая пара. Сидя на подоконнике, парень с девушкой озирали окрестности очаровательной рыбацкой деревушки.
— Тоскана… Тысяча девятьсот пятьдесят четвертый год… — прохрипел старик после очередной затяжки.
— Она очень красива, — заметила я, разглядывая молодую женщину. Ее длинные каштановые волосы сверкали на солнце, а простенькая блузка была застегнута на пуговки по самое горло. И даже на состарившемся снимке было видно, что фигура у нее потрясающая. Рядом с красавицей сидел темноволосый, стройный и тоже красивый мужчина в водолазке. Обняв одной рукой за плечо свою благоверную, он довольно улыбался южному солнцу.
— Это вы? — спросила я.
— Даже не верится, да? — усмехнулся старик. — Я помню события того дня так явственно, словно все это было на прошлой неделе… Какую-то чертову неделю назад!
— Это ваша подружка? — спросила я, продолжая рассматривать снимок.
— Подружка? Черт подери, да я женился на ней! — воскликнул мой собеседник. — Разве можно было упустить такую штучку! Мы прожили вместе шестьдесят три года. — Мне показалось, что новый приступ кашля не даст старику договорить. Но он с ним справился, немного помолчал, а потом его глаза наполнились слезами. Я достала носовой платок и протянула его инвалиду.
— Считаете меня чокнутым старым хрычом?
— Вовсе нет! — запротестовала я. — Она ведь была вашей единственой?
— О, да, — с тоской отозвался старик. — Клер была единственной…
Я аккуратно вставила фотографию обратно в пластиковый конвертик, убрала в кошелек и вернула его старику. Он бережно спрятал его под покрывалом.
— Еще десять лет назад я мог дать фору любому парню, — снова закашлялся старик. — А у тебя есть муж, девонька?
— Нет, — сказала я.
— А бойфренд?
— Гм… Не уверена, — замялась я.
— Что ж, если вдруг надумаешь, я в камере 69… за неимением лучшего номера!
Я рассмеялась. За спиной у нас появилась санитарка.
— А вот и моя тюремная надзирательница, — сказал старик. Санитарка улыбнулась и кивнула мне:
— Он себя хорошо вел, пока меня не было?
— Как истинный джентльмен, — сказала я.
— И что мне с вами делать, Джеральд? — всплеснула руками санитарка. Очаровательная брюнетка, она выглядела очень соблазнительно в своей униформе.
— Можешь к нам присоединиться. Мое предсмертное желание — попробовать втроем, — подмигнул мне старик.
Санитарка бросила на меня косой взгляд и покатила коляску с ним прочь.
Я вернулась в бокс, где спал Бенджамин. Матрас для меня уже принесли — он стоял свернутый у стенки. Я могла развернуть этот матрас и переночевать рядом с Бенджамином. Или… На меня вдруг снизошло озарение. Бенджамин не был для меня тем самым, единственным! Почему мне потребовалось так много времени, чтобы это осознать?
Я открыла прикроватную тумбочку и осторожно достала из полиэтиленового пакета его телефон. Включила его, приглушив рукой сигнал запуска. Через пару секунд телефон затребовал ввести пин-код. Я в задумчивости уставилась на маленькое окошко с четырьмя пробелами, которые мне предстояло заполнить… И забила дату своего рождения. Пароль оказался неверным. У меня остались еще две попытки. Я не знала, когда день рождения у Лауры. А потом поняла: единственным человеком, которого по-настоящему любил Бенджамин, был сам Бенджамин! Я забила его день рождения, и — к моему великому потрясению — телефон разблокировался!
Я вскинула глаза — Бенджамин продолжал крепко спать.
Я просмотрела его сообщения и почту и убедилась, что Лаура была весьма напористой. И, похоже, отношения у них с Бенджамином развивались уже давно. Я увидела фотки, сделанные за последние пару месяцев. Непривлекательные снимки в стиле «Жен наших читателей» [27] Readers' Wives — рубрика в британском порнографическом журнале Fiesta, в которой публикуются эротических фотографий реальных жен и подружек читателей.
. Мне не больно-то хотелось углубляться в детали, но я узнала, что у Лауры было пятнадцать пирсингов. И восемь из них находились ниже ее шеи.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу