Лидия Лукьяненко - Плата за любовь

Закрыв за собой дверь этого дома, Маша вздохнула с облегчением. Она и не собиралась ничего выяснять с Павлом. Но почему ей так не везет! Первый муж был алкоголиком, второй — сумасшедшим. У нее есть единственная любовь в этом мире — ее Павлик. Она будет жить для него. Маша ехала в полупустом метро и вспоминала Андрея. Он тоже не для нее. Он — муж сестры. А ведь, если бы не проделки Ольки, она могла вляпаться в эти отношения по самые уши. Да и Олька хороша! Ничего себе подруга. Правду говорит, Бог ее за это уже наказал. А у нее не осталось никаких обид или претензий ни к ней, ни к Андрею. Одна пустота, и именно эта пустота толкнула ее в объятия больного человека. Она и сама в какой-то мере больная — вышла замуж за первого встречного!

Неделя выдалась тяжелой. Маша приходила поздно, уставшая — ужинала, смотрела телевизор и крепко засыпала. Вечером, в субботу, в дверь позвонили. На пороге стоял Павел. Он был мокрым от дождя, дрожал, глаза его возбужденно горели. Таким Маша его еще не видела.

— Она не пускала, — прошептал он, чуть не плача, — она не пускала меня к тебе. Сказала, что ты такая, как Люся…

— Кто?

— Мама! Она сказала, что ты не любишь меня! Маша, скажи, что это неправда! — Он плакал. — Ты ведь не бросишь меня?

— Нет, конечно нет, — поспешила успокоить его Маша. Не хватало только, чтобы он сейчас выпрыгнул у нее из окна. — Успокойся, Паша.

Павел обнял ее, весь дрожа. А Маша ничего не чувствовала к нему, кроме жалости и брезгливости. Раздался звонок телефона.

— Да, здравствуйте, Вера Васильевна. Да, у меня.

— Маша, тут такой ливень, но я сейчас обязательно за ним приеду.

— Я не хочу к ней! — взвизгнул Павел. — Скажи, чтобы не приходила!

— Все хорошо, Вера Васильевна, вы не волнуйтесь. Мы завтра к вам приедем.

— Маша, вы уверены? — Она была не на шутку встревожена.

— Да-да. Все хорошо. До свидания.

Ей удалось успокоить Павла. Она напоила его горячим чаем, рассказала о том, как она съездила к сыну и ни о чем другом даже не заикнулась. Сейчас главное, чтобы он спокойно уснул, а завтра она с помощью родителей Павла как-то с этим справится.

…Маше иногда снился один и тот же сон. Она стоит на танцах и ждет, чтобы ОН ее пригласил. Он — самый лучший мальчик в школе, ее первая любовь. Но он никогда не замечал ее и проходил мимо, а она продолжала смотреть в ту же сторону, где только что стоял он, чтобы никто не догадался, кого она ждала. Он дружил с ее одноклассницей, девочкой ничем не примечательной, кроме одного — она нравилась ЕМУ. Маша тоже стала дружить с ней: раз эта девочка ему нравится, она не может быть обыкновенной. Маша часами вглядывалась в свое отражение в зеркале — что у нее не так? И фигура стройнее, и глаза больше, и волосы пышнее тусклых кос подруги. Но он, ее любимый мальчик, не замечал этого. Тогда Маша еще не знала, что любят не самых красивых и не самых умных. Любят потому, что любят.

Она читала где-то, что человек всю жизнь изживает свою первую любовь, даже когда счастлив, а Маша не была счастлива, и ей время от времени снился этот сон. Играет музыка, звучит песня ее юности, лирическая, о любви. Звучит так проникновенно, что хочется плакать. И она снова надеется, что произойдет чудо — он пригласит ее, но даже во сне это никогда не сбывалось, он проходил мимо. И снова тоска и разочарование захлестывали сердце…

Павел проснулся от тревожного предчувствия. Рядом он слышал тихое дыхание Маши. Она хорошая, она никогда не достает его дурацкими нравоучениями, как мать. Не относится к нему, как к больному… Стоп! Он понял, что его насторожило. Сегодня она вела себя точно так же, как мать. Не расспросила, не выслушала. Закрыла рот словами: «Ты устал. Успокойся. Отдохни». Они в сговоре! А потом она оттолкнет его, как тогда Люся. Скажет: «Ты — шизик». Они сговорились упрятать его снова в психушку!

Но почему? «Маша, Маша! Как ты могла! Я хотел всегда быть с тобой. Я тебя ничем не обидел!» Если она его бросит, он не выдержит. Не сможет без нее. Снова в больницу? Там сумасшедшие! Санитары грубые, матерятся! Маша, Маша. Он тихо плакал, но лежал неподвижно. Потом привстал и, прислушиваясь к ровному дыханию жены, пошел на кухню. На его губах играла довольная улыбка. Он нашел выход! Теперь Маша всегда будет с ним…

А Маше снился сон. Снова музыка и танцы, и снова знакомая тоска — ОН не пригласит ее. Но происходит чудо — ОН идет прямо к ней, приглашает ее, и они танцуют! Его глаза глядят на нее с такой любовью! Он целует ее, и Маша видит себя со стороны — на ней белое платье. Это — ее свадьба! А все вокруг хлопают и бросают цветы. И она так счастлива, так счастлива, что трудно дышать…