Джо Гудмэн - Только в моих объятиях

- Мэри, - наконец промолвил он, - скажи, куда именно ты ходила сегодня утром?

- В твой любимый театр, куда же еще? - отвечала она с таким видом, будто ответ был очевиден. - Именно сегодня утром мне стало ясно, что никто нам не поможет, кроме самой мисс Ивонны Мэйри!

Маккей не мог не признать, что внезапное озарение Мэри породило великолепный план - ведь даже пройдоха Док не смог узнать их, когда они продефилировали мимо стойки портье ко входу в отель. Она замахала рукой, подзывая кеб, в то время как Райдер, казавшийся рядом с молодой леди особенно дряхлым, тяжело опирался на ее локоть.

- А ты, оказывается, и в старости останешься очень даже симпатичным дедулей, - заметила Мэри, оказавшись внутри экипажа. - Постой, дай я поправлю тебе ус! Я же говорила: не трогай, пока не высохнет клей!

- Он щиплется, - сердито поморщился Маккей.

- Тут уж ничем не поможешь.

Мэри пришлепнула ус на место, так что седые космы совсем закрыли верхнюю губу. Они просто явно норовили попасть в рот - стоило лишь Райдеру что-то сказать или улыбнуться, но о том, что и тут ничем нельзя помочь, его предупредили еще раньше. Лучше всего вообще не обращать внимания на эти мелкие неудобства. Откинувшись на сиденье, Мэри критически осмотрела дело своих рук и осталась весьма довольна. С помощью гримерного карандаша она нарисовала такие чудесные морщины на лбу, в уголках рта и глаз - не отличить от настоящих! Ивонна Мэйри показала, как двумя-тремя умелыми штрихами можно заставить молодую кожу казаться увядшей. Почти вся роскошная шевелюра Маккея укрылась под лохматым седым париком - осталось только приклеить парочку прядей на висках, чтобы завершить картину. На носу красовалась пара здоровенных очков. Брови пришлось подкрасить с помощью того же карандаша и крема с пудрой.

- Ты опять держишься слишком прямо, - напомнила она. - Неужели тебе трудно хоть немножко сгорбиться?

- Так лучше? - спросил Райдер, ссутулившись.

- Сойдет.

- Но почему, если уж я превратился в старика, ты не превратилась в старуху?

- Это было бы слишком, - практично заметила она. - Нечего привлекать излишнее внимание. - Ее собственные медно-рыжие волосы покрывал пышный, хотя и не такой рыжий парик. Чтобы лицо соответствовало его оттенку, Мэри слегка подкрасила брови и щедро нарумянила щеки. То и дело поправляя парик, она пробурчала:

- У меня такое чувство, будто на мне рыцарский шлем. В последний раз я таскала такую тяжесть на голове тринадцать лет назад, когда мне было семнадцать.

Разведчика вполне устроило, если бы Мэри вообще ничего над собой не проделывала и оставалась в отеле, но она выдвинула убедительный повод: ее присутствие само по себе можно считать определенного рода маскировкой, которая отвлечет от Райдера лишнее внимание.

Он смотрел, как Мэри поправляет волосы и освежает помаду на губах. У нее это получалось действительно ловко. Часы, проведенные в компании мисс Мэйри, явно не прошли даром. Чего доброго, возьмет да заявит, что решила попытать счастья на подмостках!

- Ты что же, действительно рассказала мисс Мэйри, что больные держат под подушкой ее портреты? - спросил он.

- А почему бы и нет? Ведь это правда. Ну, пожалуй, "под подушкой" слишком сильно сказано, но они на самом деле вырезают с сигаретных пачек эти портреты, собирают их и любуются время от времени. Мисс Мэйри была так тронута...

- Не сомневаюсь, что ты расстаралась вовсю.

- Послушай, она ведь нам помогла, так чего тебе еще надо? Больше того, мне удалось разговорить ее, и она поведала кое-что про твоего дядю. Сенатор Стилвелл действительно добивался вчера ее знакомства, как ты и предполагал. Она отозвалась о нем как о чрезвычайно милом джентльмене, весьма учтиво поздравившем ее с успешной премьерой.

- Язык у моего дяди подвешен что надо. Ему это положено по должности как политику.

- На мисс Мэйри он произвел благоприятное впечатление. - Не сдавалась Мэри, более мягко добавив:

- Так что нам не стоит сбрасывать его до поры до времени со счетов!

Райдер лишь хрипло крякнул в ответ, на сей раз превосходно изобразив старика. Разговор был закончен.

***

В приемной военного департамента Мэри вела практически все переговоры. Она представилась как вдова некоего Сэмюэла Фрэнклина, а Райдер изображал ее тестя. По ее словам выходило, что их интересуют некоторые подробности Гражданской войны, а особенно битвы при Шайло и Викс-бурге. Ей бы хотелось разыскать дневник, который ее муж начал вести в день призыва на службу который не доставили вместе с остальными вещами после его гибели. Ее голосок был еле слышен, робкие манеры подкупали. Предоставив целиком выдуманной истории работать самой за себя, Мэри не навязывалась и никого не заставляла делать для себя одолжений.