Джоржетт Хейер - Сильвестр

- Перестань бушевать и злиться, - строгим голосом произнес Том Орде. Я отвезу тебя, куда ты скажешь, но твой план... Знаешь, я не хочу каркать, но, боюсь, ничего не получится. И всему виной эта проклятая погода! Хорошенькое будет дело, если мы доберемся только до Рединга! Ведь вполне возможно, что ты там застрянешь.

- Нет, нет, об этом я уже думала. Если карета проедет, то все в порядке, но если снега окажется слишком много, я придумала, что делать. Помнишь Джейн, нашу служанку, которая прислуживала в детской? Она вышла замуж за торговца зерном. Дела у него, по-моему, шли хорошо, и сейчас они живут в Рединге. Так что если я там застряну, то пойду к Джейн и останусь у нее до тех пор, пока снег не растает.

- Оставаться в доме торговца зерном, - недоверчиво повторил юноша.

- О, Господи, а почему бы и нет? Муж Джейн очень приличный человек, а сама Джейн отлично позаботится обо мне, можешь не сомневаться. Тебе, наверно, хочется, чтобы я остановилась в какой-нибудь гостинице?

- Ничего подобного мне не хочется! Но...- Том замолчал, поскольку не смог придумать ничего лучше этого плана, который он не одобрял.

Феба принялась уговаривать его, перечисляя преимущества своего замысла и красочно описывая всю безнадежность своей жизни, если ей придется остаться в Остерби. Убедить Тома оказалось нетрудно, ведь он сам прекрасно понимал, что если Фебе не поможет отец, лорд Марлоу, ее положение действительно безнадежно. Не вызывало сомнений и то, что бабушка Фебы, леди Ингхэм, именно тот человек, который сумеет защитить ее, но Фебе пришлось пустить в ход все свое красноречие, чтобы доказать Тому, что путешествие до Лондона в дорожной карете вполне благопристойно и безопасно. И только когда она решительно заявила молодому человеку, что если он не поможет ей, она отправится в Дивайз пешком одна, он наконец сдался. Теперь оставалось лишь уточнить детали побега, что и было сделано. Том обещал ждать ее в своем кабриолете в укромном месте неподалеку от ворот Остерби в семь часов утра. Девушка торжественно поклялась ему, что не опоздает ни на минуту, и они расстались. Феба Марлоу легла спать, уверенная в успехе предприятия, а Том Орде никак не мог развеять свои сомнения.

Ровно в семь утра Феба в отличие от Тома явилась на место встречи и целых двадцать минут нервно ходила взад-вперед вдоль изгороди. У нее разыгралась фантазия, ей мерещились различные бедствия и несчастные случаи, которые могли с ним приключиться. Самым вероятным было, конечно, то, что Том проспал, и эта мысль только добавляла гнева к ее тревогам. Она оделась еще в темноте и сунула ночную сорочку в туго набитый чемодан. К семи часам начало светать, и Фебу беспокоило, что в любую минуту ее мог увидеть какой-нибудь фермер или служанка из поместья. Утро выдалось пасмурным. Дул северный ветер, гоня по небу зловещие свинцовые тучи. Злость и дурные предчувствия росли с каждой минутой, но все мгновенно улетучилось, когда в переулке появился Том Орде. Юноша приехал не в кабриолете, а в двухколесном парном экипаже отца, запряженном двумя хорошенькими коричневыми коньками, Преданным и Верным.

Том остановился около Фебы и первым делом велел ей подойти поближе к коляске. Девушка так и поступила, забросав юношу вопросами.

- Но Том, как тебе это удалось? Почему ты приехал в двуколке? Мне кажется, ты напрасно взял ее.

Том подхватил чемодан Фебы и быстро привязал ремнями.

- Нет, не напрасно. Ты, наверное, уже начала думать, будто я вообще не приеду? Извини, что так опоздал, но пришлось вернуться. Картонку засунем под сиденье. - С этими словами он спрятал картонку и подошел к ней. - Быстро забирайся наверх и бери вожжи. Только будь поосторожней. После отъезда отца никто еще не ездил на Преданном и Верном, а они очень горячие и норовистые. Там лежит старый отцовский редингот. Надень его и закутайся поплотнее. И не надо спорить! - добавил Том. - У нас совершенно нет времени.

Феба молча забралась на козлы. Но как только Том уселся рядом с ней и забрал вожжи из ее опытных рук, она не выдержала:

- Ты какой-то странный, Том. Что случилось?

- Понимаешь, вчера вечером я вел себя, как круглый дурак. Только полный идиот не мог догадаться, что надо делать. Вчера я так до конца с тобой и не согласился. Всю ночь мне не давала покоя мысль: что предпринять? Все очень просто, но меня осенило только утром, когда я уже собрался ехать. Я тут же вернулся, написал матери записку, приказал Джеку приготовить Преданного и Верного...