Барбара Картленд - Луна над Эдемом

Она медленно открыла глаза и попыталась понять, где находится.

Это была совершенно незнакомая комната. Кровать, на которой лежала Доминика, была огромной, два резных столбика по ее углам поднимались до самого потолка.

Солнечный свет заливал комнату, проникая сквозь неплотно задвинутые портьеры; стеклянные двери, ведущие на веранду, были открыты.

Внезапно Доминика догадалась, что находится в "Пальмовой" комнате, о которой ей столько рассказывал лорд Хокстон и которую он построил для себя.

При мысли о лорде Хокстоне ее охватила дрожь. Теперь она вспомнила все!

Перед ее взором снова всплыло искаженное Яростью лицо Лакшмана, пытавшегося убить его.

Она сразу поняла, что этот безумец был отцом Ситы, желавшим отомстить за смерть своей дочери. Очевидно, он намеревался убить не только Джеральда Уоррена, но и всех белых мужчин, как-то связанных с ним.

Прежде, чем потерять сознание, она успела услышать выстрел и увидеть, как Лакшман упал в пруд.

После этого она погрузилась в спасительное забытье. "Как давно все это произошло?" - пыталась понять Доминика. Ей казалось, что прошло довольно много времени, но она не была в этом уверена.

Удивительно, но она больше не испытывала страха. Может быть, это происходило оттого, что она лежала в комнате лорда Хокстона, и хотя она была совершенно одна, ощущала его присутствие и ей казалось, что здесь царит покой и безопасность.

Девушка взглянула наверх и замерла от изумления. Столбики по углам кровати, которые она заметила раньше, были вырезаны в виде стволов пальмы, на сводчатом потолке были нарисованы пальмовые листья.

Она осмотрелась и обнаружила, что через каждые шесть футов от пола до потолка высились резные стволы пальмовых деревьев, а стены между ними были расписаны фресками необычайной красоты с изображением джунглей: деревья, папоротники и вьюнки, пальмы ротанг и разнообразные лианы, которые обвивали верхушки деревьев и спускались до самого пола, складываясь в причудливый узор. И, конечно же, цветы - орхидеи всех видов и окрасок, магнолии и камелии, рододендроны и розы.

Это было таким неожиданным и захватывающим зрелищем, что Доминика пришла в восторг.

Она увидела изображения птиц, знакомых ей с детства - орлов и ястребов, ласточек и стрижей. Там были пегие и голубые зимородки - крохотные птички с ярко-красными клювами, великолепным пестрым оперением и с сапфирово-синими спинками, райские мухоловки с крупными каштановыми хохолками на головках, черноголовые и золотистые иволги, синекрылые питты и зеленые Никобарские голуби.

Каким богатым воображением должен был обладать лорд Хокстон, подумала она с восторгом, чтобы задумать такое невиданное великолепие!

Она вспомнила, как он говорил ей, что эта комната уникальна, и теперь только поняла, что он был прав, и нигде в мире не могло существовать ничего подобного.

Доминика слегка приподнялась на подушках, чтобы ей было лучше видно. Теперь она заметила маленьких обезьянок, изображенных сидящими на деревьях, в самом углу комнаты расположился дикий кабан - довольно миролюбивое животное, которое тем не менее могло стать довольно агрессивным, если ему угрожала опасность. Сквозь густую пышную листву она смогла также разглядеть медведя и леопарда.

Но самыми восхитительными были бабочки всех цветов и размеров и ящерицы, которых Доминика в детстве часто пыталась приручить.

Ей казалось, что перед ее взором возникла волшебная, сказочная страна, и она долго лежала, завороженно разглядывая мельчайшие детали и размышляя, многие ли из друзей лорда Хокстона, особенно те, кто остался в Англии, догадываются о том, что он обладает такой буйной фантазией.

"Просто он очень любит эту страну, - решила Доминика, - и ему хочется, чтобы ее красота окружала его даже во сне".

Она подумала, что лорд Хокстон любит Цейлон в такой же мере, в какой Джеральд его ненавидит!

При одном воспоминании о Джеральде ей показалось, что солнечный свет померк. Но тут внезапно отворилась дверь, и в комнату вошла женщина.

Доминика прежде никогда не видела ее, ив то же время ей казалось, что она чувствовала ее присутствие, даже когда находилась без сознания.

Это была улыбчивая англичанка с приятным лицом, небрежно одетая в белую блузку и юбку, с волосами мышиного цвета, выбивавшимися из пучка, заколотого на затылке.

- Вы проснулись! - улыбнулась она. - Я так и думала.

- Как долго я спала? - поинтересовалась Доминика.