Жаклин Рединг - Искушая судьбу

Ошеломленный и онемевший, Адриан смотрел, как она, выйдя на берег, взяла лежащий на валуне цветной предмет и начала энергично вытирать свои густые темно-красные волосы, пока они свободно не распустились по всей спине.

Боже милостивый, она была так красива, что от одного взгляда на нее глазам становилось больно. Он отступил под прикрытие деревьев, стараясь не упускать из виду ни одного дюйма белоснежного тела. Ее груди были округлыми, с розовыми сосками, но не слишком большие, как будто специально предназначенные под размер мужской ладони. От тонкой талии соблазнительно изгибались бедра. Ниже темно-красных завитков в месте соединения бедер начинались точеные стройные ноги, казавшиеся бесконечными.

Как бы почувствовав чужое присутствие, женщина отвернулась, и Адриан ощутил, как бьется его сердце Даже не бьется, а отчаянно колотится. При виде ее, подобно лесной нимфе стоящей во всем великолепии своего обнаженного тела, его пронзило мгновенное, почти болезненное желание. В горле пересохло, как у портного Тома, глазеющего на прекрасную леди Годиву Адриан представил себя стоящим перед ней, привлекающим ее на себя, представил, как они падают вместе в кристально чистую воду. Как ее груди почему-то он был уверен, что их кожа нежна, как шелк, - заполняют его ладони, как он берет их в рот, как его плоть погружается в нее, как ее нежная горячая плоть окружает его и он растворяется в ней. Представил, как пробегает языком по этому прекрасной формы животу, и вкус этой белоснежной кожи.

И чуть не застонал вслух.

Девушка, это прекрасное создание, без сомнения, являющееся лесной феей, наклонилась, и Адриану показалось, что она вот-вот взлетит настолько грациозны были ее движения. Потом подняла руки и натянула цветной предмет, простое платье голубого цвета, на голову, полностью скрыв под ним свое тело. Черт побери!

Запустив пальцы в волосы, она расчесала ими начинающие подсыхать локоны, каждый из которых вспыхивал подобно языкам пламени. Казалось, что от прикосновения к ним можно обжечься. Интересно...

- Милорд!

Адриан оторвался от своих мыслей.

- Вы здесь, милорд?

Вовремя повернувшись, он успел заметить голубое платье, в последний раз мелькнувшее за деревьями.

Через секунду девушка без малейшего шума скрылась из виду. Воцарилась полная тишина, как будто она ему просто привиделась. Еще мгновение назад она была здесь, наполняя все его чувства, его мысли, само его существо, и вдруг исчезла, оставив после себя лишь чувство неудовлетворенного желания.

Адриан выругался.

- Милорд, вот вы где! Слава Богу, милорд! Мы нашли вашего жеребца без всадника и боялись, что на вас напали браконьеры.

- Черт побери, Дейви, - сказал Адриан, испытывая желание ударить парня. - Даже если бы в пределах мили отсюда и были браконьеры, то давно бы убрались подальше после твоих воплей. Для того чтобы поймать браконьера, совсем не обязательно предупреждать его о своем присутствии.

Дейви, юноша лет шестнадцати, чей отец, Пудж, был лесником Кулхевена, а с недавних пор еще и кучером, при виде гнева хозяина склонил голову, спрятав глаза под полями своей грубой коричневой шляпы.

- Простите, милорд. Я забеспокоился, когда увидел вашего жеребца, пасущегося в одиночестве.

- Да ты уже говорил мне! - Адриан снял с Дейви шляпу и потрепал его светлые волосы. - Ладно, Дейви, все в порядке. Как видишь, со мной ничего не случилось. Мне показалось, что в озере кто-то есть, и я решил спешиться, чтобы проверить.

- Вы не поймали никого из этих проклятых браконьеров?

Адриан недоуменно поднял брови.

- Простите, милорд.

Граф усмехнулся:

- Ладно, Дейви. Что касается браконьеров, мои чувства к ним совпадают с твоими. - Он снова повернулся к озеру, надеясь, по всей видимости, что каким-то чудом женщина появилась там вновь.

Но ее не было.

- Но боюсь, что браконьеров я здесь не нашел, Дейви. Во всяком случае, на этот раз.

"Да, но зато нашел нечто гораздо более интересное".

Собравшись уйти, Адриан в последний раз бросил взгляд на то место, где впервые появилось прекрасное видение. Сейчас водная гладь была совершенно спокойной, как будто ее никогда ничто не беспокоило. Может быть, это все-таки было своего рода галлюцинацией, возникшей у него в мозгу? Да, должно быть, это так и есть - результат того, что в его постели давно уже не было женщины.

И все же ему не хотелось уходить, хотя он отлично знал, что не может ожидать появления своей лесной феи, стоя здесь вместе с Дейви.