Герман Воук - Марджори

— Конечно, я тоже так думаю. Но если от чего-то и сможет, то это будут сигареты.

— Ни от чего не сможет! — отрезала мать.

— Джордж, — сказала Марджи. — Ради Бога, положи наконец свою шляпу.

— Я и не заметил, что все еще держу ее, — признался Джордж, глядя на шляпу, которая продолжала вращаться в его руках. Марджори схватила ее и положила позади себя на стол.

— А что, ваш отец тоже занимается конным спортом? — спросил у Сэнди мистер Моргенштерн.

— В основном папа играет в гольф, но, когда мы собрались ехать в Аризону, он обучился езде на лошадях. Ведь там больше и делать нечего. И он ездит очень хорошо. Он вообще делает хорошо все, за что берется.

— Я вижу, ваш отец сильный мужчина и держит себя в хорошей форме, — сказал мистер Моргенштерн, вертя в пальцах сигару.

— Он меня во всем побеждает. Только в теннис со мной не любит играть, потому что я могу выиграть. А проигрывать он не любит.

— Похоже, что он прекрасный человек, — сказала миссис Моргенштерн. — Крупный бизнесмен, а находит время, чтобы поиграть с сыном.

Теперь Сэнди выглядел менее самоуверенным, даже почти робким. Он достал из кармана рубашки сигарету и зажег ее от желтой металлической зажигалки.

— Да, отец говорит, что собирается сделать из меня мужчину, чего бы это ему ни стоило. Он считает меня почти безнадежным.

— Держу пари, что это не так! — засмеялась миссис Моргенштерн. — Он просто хочет, чтобы вы пошли по его стопам.

— Да, я знаю. Но я скорее хотел бы быть доктором.

— Вы учитесь на подготовительных курсах? — взглянув на него с интересом, спросил Джордж, который до этого сидел в печальной задумчивости.

— Что-то вроде этого. Правда, неофициально, чтобы избежать семейных сцен. Но я прослушиваю все курсы.

— Быть доктором — это прекрасно, — заметила миссис Моргенштерн. — Но променять бизнес, сулящий миллионы долларов, на семилетнюю учебу и последующее отсиживание в крошечной приемной в течение еще не менее десяти лет, прежде чем достигнешь более или менее сносного существования… — Она пожала плечами и улыбнулась. — Со временем вы это поймете.

— Вы на стороне моего отца, — присвистнув от удивления, сказал Сэнди. — Он говорит точно то же самое.

— А я на вашей стороне, — поддержал его Джордж. — Я сам бактериолог. Я скорее согласился бы брать анализы крови в какой-нибудь благотворительной больнице, чем участвовать в соревновании миллионеров.

— Это, может быть, и так, — парировала миссис Моргенштерн, — но подождите сначала, чтобы вас кто-нибудь пригласил в нем участвовать.

— А я хотел бы быть доктором, — признался мистер Моргенштерн.

— Вы говорите, что каждый мужчина хочет быть доктором или писателем, — сказала миссис Моргенштерн. — Это как болезнь, хотя все писатели и половина докторов живут впроголодь. А почему? Потому что большинство людей здоровы, и мало кто читает книги. Это так просто понять. Бизнес — вот что заставляет мир крутиться. Но еще никто не сказал доброго слова о бизнесе.

Марджори, смеясь, объяснила Сэнди:

— Это старый семейный конфликт. Папа хочет, чтобы мой брат Сет стал доктором, а мама толкает его в бизнес.

— А чем же хочет заниматься сам Сет? — спросил Сэнди.

— Он очень честолюбивый, — ответила мать. — Он хочет быть первым человеком, который полетит на Луну.

— Я его понимаю! — расхохотался Сэнди.

Он встал и, прощаясь, протянул руку Джорджу.

— Мне пора идти. Рад был встретить вас. Вы, кажется, работаете в больнице?

Джордж, слегка скривившись, ответил:

— В этом плане я — плохой образец. Я уступил и теперь помогаю отцу. Надеюсь, что только временно.

— Это провидение, — сказал Сэнди.

— Запомните мои слова, — грустно заметил Джордж. — На вас перестают давить, только когда вы становитесь старше.

— Я догадываюсь, — сдержанно ответил Сэнди.

— Помимо всего прочего, Джордж, — сказала миссис Моргенштерн, — твой магазин запчастей в Бронксе — не ровня «Лэмз».

Марджори раздраженно бросила:

— В принципе — одно и то же, мама.

— А, в принципе, — произнесла миссис Моргенштерн.

Марджори, хромая, пошла с Сэнди к двери, предупреждая мать гневным взглядом, чтобы она не сопровождала их.

— Спасибо за ленч, передайте мою благодарность вашей маме, — сказал Сэнди.

— Спасибо, что доставили меня домой, — ответила Марджори, открывая дверь и вызывая лифт. — Я надеюсь, Вера не сердится на вас.

Сэнди усмехнулся.

— Она кипит от негодования, я уверен.

Он прислонился к стене, выудил сигарету из кармана рубашки и закурил.