Энн Стюарт - Под покровом ночи

- Ты куда-то собралась? - вежливо осведомился он, когда Кэссиди принялась обуваться.

Сказано это было настолько отсутствующим тоном, что Кэссиди даже испугалась. Она настолько увлеклась собственными переживаниями, что даже не заметила, как в лабиринте запутанных мыслей вдруг напрочь позабыла о Ричарде. Словно растворился в собственном темном и замкнутом мире, куда никому не было доступа. В том числе и ей.

- А что, ты собираешься помешать мне? - с вызовом спросила Кэссиди.

- Понятно, - лениво протянул Ричард. - Ты и в самом деле уходишь. Мне следовало об этом догадаться. В ту самую минуту, когда ты поклялась, что никогда не сбежишь, ты уже начала строить планы побега.

- А ты отпустишь меня?

- Разумеется. - Он отхлебнул виски и, казалось, взирал на неё с полнейшим равнодушием. - Удовлетвори мое любопытство: куда ты собралась?

- Я ещё вовсе никуда не собралась.

- Понимаю, - кивнул Ричард. - Значит у меня есть ещё последняя возможность исправиться. - Казалось, сама мысль эта его забавляла. Вид у него был холодный и отчужденный, как у ловкого кукловода-манипулятора, каким он предстал перед ней в квартире Шона. - Ну и как я должен уговорить тебя остаться? Упасть на колени и клясться в вечной любви? В верности до гроба? В моем случае, если помнишь, эта клятва недорого стоит.

- Прекрати!

- Так что же ты от меня хочешь? - спросил Ричард, снова отпивая из стакана. Кэссиди вдруг поняла, что он заметно напился. Опасно напился. Настолько, что балансировал на узкой проволоке. Что ж, более подходящего времени ей уже, похоже, не сыскать.

- Что я от тебя хочу? - медленно переспросила она. - Я хочу услышать правду, Ричард. Хватит с меня недомолвок и лжи - я сыта ими по горло. Мне нужна только правда.

- Она тебе не понравится.

Кэссиди почувствовала, как по всему её телу побежали мурашки.

- Я выдержу, - твердо заявила она.

- Сомневаюсь.

- Что случилось в тот день? - Захлестнутая эмоциями, она встала перед ним на колени и порывисто схватила за руку. - Расскажи мне все, Ричард!

Он медленно повернул голову и посмотрел на нее. В глазах его Кэссиди увидела смерть вперемешку со скорбью. И вот тогда впервые за все время испугалась по-настоящему. Так что все поджилки затряслись.

- Она хотела меня бросить, - сказал он. - Забрав детей с собой. Я не мог этого допустить.

По спине Кэссиди пробежал мертвенный холод. Пальцы, державшие руку Ричарда, невольно сжались.

- Расскажи мне все, - повторила она.

- Она была беременна, - невозмутимо произнес Ричард. - Моя прелестная, обожаемая всеми, хрупкая принцесса, которая вот уже больше года не пускала меня в свою постель, два месяца вынашивала в своем чреве ребенка от единственного мужчины, которого любила сильнее, чем меня. Она вконец свихнулась. Она собиралась забрать детей и навсегда переехать к нему, и я был не в силах этому помешать.

Чуть помолчав, Ричард продолжил:

- В тот день я забрал детишек из яслей раньше обычного. Диану мало беспокоили подобные мелочи - она вообще не занималась детьми, - и, наверное, рассчитывала, что я привезу их домой и там навсегда с ними распрощаюсь. Я даже не исключаю, что она рассчитывала убедить меня отвезти её и детей на машине.

- Куда?

- К её любовнику. Я ведь даже не представлял, насколько скверно обстоят дела. И я ничуть не возражал против расторжения брака, однако и слышать не хотел о том, чтобы дети остались с Дианой. Словом, я подговорил Салли, и она согласилась их спрятать. С одним лишь жестким условием - до моего сигнала не объявляться. И это был один из редких случаев, когда предчувствие меня не обмануло.

Ричард отпил из стакана и посмотрел на пальцы Кэссиди, нервно сжимавшие его запястье.

- Потом я отправился домой и застал там Диану. Вот тогда она впервые и рассказала мне про свою беременность - до этого я даже не подозревал, что она с кем-то спит. Она заявила также, чтобы я даже не надеялся отсудить у неё детей, что она забирает их навек, и я никогда их больше не увижу. И вот тогда только я с огромным опозданием убедился, насколько расчетливую игру она вела. Она ведь заранее все предусмотрела. Несчастные случаи с детьми, сломанные ключицы, пробитая голова, поездки к травматологам - все это было не случайно. Она сама подстраивала все это, чтобы потом на суде показать, что это я избивал малышей.

Кэссиди похолодела. К горлу подступил комок. Рука Ричарда настолько напряглась, что Кэссиди показалось, будто она сжимает пальцами железную трубу.

- И что потом? - еле слышно прошелестела она.