Энн Стюарт - Под покровом ночи

- Бриджит! - радостно закричала она, обнимая женщину, которая нянчила её с самого детства.

Не менее обрадовавшаяся встрече, Бриджит в свою очередь со смехом сграбастала её в крепкие объятия. Пахло от неё неподражаемой смесью кофе и мыла, перемешанных с ванилью - этот удивительный запах сопровождал её везде и повсюду, и Кэссиди впервые со времени приезда в Нью-Йорк почувствовала себя в своей тарелке.

- А где же мне, по-твоему, ещё быть, мисси? - с напускной строгостью спросила Бриджит. - Не думаешь же ты, что, уйдя на покой, я превращусь в старуху, которая только и способна, что день-деньской просиживать на заднице и пялиться в ящик? Нет, дорогуша, если я честно вкалывала все свои семьдесят шесть лет, то и теперь останавливаться не собираюсь. Нет, пока твой папаша задает всем перцу, а от твоей красотки-мачехи толку что с козла молока, я ещё тут пригожусь.

Мабри, уютно пристроившаяся возле кухонного стол, мило улыбнулась; было видно, что беззлобное ворчание старушки ничуть её не обижает.

- К сожалению, - сказала она, - Бриджит приходит к нам уже не так часто, как прежде, однако сегодня, услышав о твоем приезде, она прилетела как на крыльях.

- Ну ещё бы, - фыркнула Бриджит. - В противном случае вы бы тут мою кровинушку с голоду уморили! - Взяв Кэссиди за руку, она придирчиво осмотрела её со всех сторон. - Кажется, ты и так уже исхудала.

- Твоими устами бы да мед пить! - вздохнула Кэссиди. - Только ты меня понимаешь. Слушай, Бриджит, ты бы лучше Шону сказала, что я совсем отощала. Хорошо? А то ему, наоборот, кажется, что я превращаюсь в плюшку.

- Фи, мужчины! - презрительно скривились Бриджит. - Надеюсь, ты не собираешься обращать внимание на слова человека, который женат уже в пятый раз?

Мабри мило улыбнулась.

- Ничего, зато с пятого раза он наконец угадал! - промолвила она. Да, Бриджит?

- Наверное, - ворчливо отозвалась старая служанка. Она не привыкла скрывать свои мысли - святая простота. - Зато уж первые две были настоящие ведьмы! - А как поживает твоя мамаша, Кэсс? По-прежнему пьет, как сапожник?

Кэссиди отхлебнула кофе, который разлила по чашкам Мабри.

- Ты же знаешь мамочку, Бриджит. Она все та же. Между прочим, просила тебе привет передать.

- Ну да! - снова фыркнула Бриджит, возвращаясь к плите. Бекон весело шипел и потрескивал на огромной чугунной сковороде, которая, насколько помнила Кэссиди, была среди утвари Шона едва ли не от царя Гороха. - Она ведь так и не простила мне, что я решила остаться у твоего отца.

Кэссиди с наслаждением пригубила ароматный кофе. Сама-то она дома в лучшем случае готовила себе чашку растворимого кофе перед тем, как убежать на работу, поэтому успела почти забыть вкус настоящего кофе свежего помола.

- По-моему, моим родителям было куда важнее сохранить опекунство над тобой, нежели над нами с Колином, - со вздохом сказала она.

- Не исключено, - усмехнулась старая служанка. - У них вечно все шиворот-навыворот получалось. А ты до сих пор любишь яичницу-глазунью?

- Я вообще все жареное обожаю, - с сокрушенным видом призналась Кэссиди.

- Ну что ж, по крайней мере, мне теперь будет, для кого готовить, радостно крякнула Бриджит. - А то Мабри ест как птенчик, а папаша твой в последнее время что-то чересчур разборчивый стал. Жуткий привереда! А вот Ричард... - Бриджит закатила глаза. - Этого мужчину соблазнить попросту невозможно! Кэсси, крупиночка моя, тут уж я на тебя рассчитываю.

Кэссиди села и прихлебнула кофе. Старательно отводя глаза от преисполненного любопытства взгляда Мабри, она простодушно спросила:

- В каком смысле?

- Он ничего не жрет! - с присущей ей прямотой рубанула Бриджит.

- Это его дело, - пожала плечами Кэссиди.

Бриджит повернулась к ней и подбоченилась.

- Нет уж, мисси, позволь тут мне судить, - веско сказала она. - Я его весьма неплохо изучила. Он, между прочим, хороший человек - так вот!

Кэссиди чуть не поперхнулась. Посмотрев на старую служанку округлившимися глазами, она спросила:

- Может, мы с тобой о разных людях говорим? Я имела в виду Ричарда Тьернана, человека, осужденного и приговоренного к смерти за зверское убийство своей беременной жены. Человека, которого подозревают в убийстве собственных детей. Это его ты называешь хорошим?

- В газетах чего только ни напишут! - презрительно фыркнула Бриджит. Нечего читать всякую ерунду.

- Это "Нью-Йорк Таймс" - ерунда? - вскипела Кэссиди.

- Да, ерунда на постном масле, - отрезала служанка.

Кэссиди, не находя слов, только помотала головой.