– Совсем обалдела?
– Зато проснулся!
– Я с тобой облысею! – пробурчал Коля, присаживаясь и подтягивая сползшие «семейники».
– Ещё обрастёшь. Пашка периодически стрижётся как Стейтем и ничего, – парировала супруга.
– Зараза какая! – выдохнул Коля, попытавшись завалить Машу на кровать. Та ловко извернулась и шлёпнула его по губам.
– Зубы сначала почисти. Мне тоже на работу, между прочим. Я и так опаздываю!
Коля снова поглядел на часы. Писать приятелю об опоздании было уже нелепо, тот и без того обо всём догадался.
Перекусив на скорую руку, Коля выскочил из квартиры и бросился вниз по лестнице, где едва не наткнулся на паренька, устроившегося на площадке между этажами, в самом углу, на старом крутящемся стуле. Чёрный балахон, серые треники и практически новые оранжевые «Найки», напоминающие сигнальные дорожные конусы, – типичный подросток.
Лица за нахлобученным капюшоном Коля не разглядел, узнав пацана лишь по приметным кроссовкам. Он понятия не имел, как звали поселившегося на их площадке незваного гостя. Знал только, что тот захаживал к Полине – рыжеволосой девчонке, живущей этажом ниже.
Та была обычной строптивой малолеткой, мало чем выделявшейся на фоне подружек. Ей от природы досталось милое личико, диковатый взгляд и не по годам низкий, глубокий голос, которым она материла на чём свет стоит всех своих близких, когда те пытались учить её жизни. Сильный голос Полины с лёгкостью проникал через любые стены, особенно вечерами, когда вокруг воцарялась почти полная идиллия, а в семье неизменно начинались выяснения отношений. Однако с парнишкой, поселившимся под дверью, она общалась иначе. При разговоре с ним в её голосе появлялось что-то, отдалённо напоминающее нежность.
Коля не стал будить спящего, вспомнив себя в молодости. Он мысленно посочувствовал, ибо знал, в каком состоянии очнётся бедолага, и побрёл на работу.
С этого дня Коля наблюдал парня в балахоне на своей лестничной клетке с завидной регулярностью. Днём, когда Коля в неурочное время изредка бывал дома, парень стоял, перегнувшись через хлипкие металлические перила, и курил, пытаясь высунуться в окошко как можно дальше, а вечерами ворковал с Полиной, выходившей к нему на площадку между этажами.
Через пару дней на лестничной площадке появилась корзина из соседнего магазина, в которой валялась скомканная одежда и потрёпанный рюкзак. Ещё через какое-то время на окне поверх расколотого стекла оказалась причудливая картина в дешёвой рамке с изображением невнятной абстракции.
На лице паренька проявилась реденькая подростковая щетина, а в глазах – непомерная усталость. Когда Коля встречался с ним взглядом, тот любезно здоровался. Коля растерянно отвечал, подспудно желая о чём-то спросить, но так и не решался.
– Коль! Он тут уже сколько? – однажды вечером наконец возмутилась Маша. – Он из дома сбежал, говорю тебе! Надо участкового звать. Дождемся, что он скоро диван поставит. Соседи-то куда смотрят?
– Полинкин хахаль вроде, – устало отозвался Коля. – Пусть сами и разбираются. Не буянит, углы не метит. Мешает, что ли?
– Коль! Я утром с ребёнком выхожу – он там на своём стуле спит! Я боюсь! Понятия не имею, что у него в голове. Либо ты с ним говоришь, чтобы он проваливал, либо я завтра ментам звоню.
– Да остынь, поговорю, – отмахнулся Коля без всякого желания потакать возмущениям супруги. Но, когда утром он в очередной раз обменялся с пареньком дежурным кивком, что-то не позволило ему шагнуть дальше и привычно сбежать по лестнице к выходу. Чёрный балахон валялся в корзине вместе с остальными нехитрыми вещами.
– Утро доброе, – Коля поздоровался первым, достал пачку и протянул её собеседнику, – угощайся.
– Спасибо, – тот небрежно взял сигарету и щёлкнул зажигалкой. Коля тоже закурил. Оба молчали, покуривая и бросая друг на друга косые взгляды.
– Есть хочешь? – поинтересовался Коля.
– Не голодный, – отрезал парень.
– Тебя как зовут?
– Андрей.
– Меня Коля. Будем знакомы, – Коля протянул руку, паренёк ответил неохотным рукопожатием.
– Ты из дома сбежал?
Андрей спрятал взгляд.
– Я у Польки живу. У неё просто народу много, иногда здесь и торчу.
– Иногда? – усмехнулся Коля. – У вас прям любовь-морковь, я смотрю.
– Не ваше дело!
– Не моё. Но то, что ты у нас под дверью днюешь и ночуешь – это дело другое. Жена тебя боится, и я её понимаю. Может, обсудим?
– Выгнать хотите? – сказал паренёк, сверкнув глазами.
Читать дальше