Иван Валеев - Категории Б

— Красиво! — кричу я.

— Осторожней! — одергивает меня Дипломат.

Успеваю заметить еще один шарик и кое-как отмахиваюсь. Да, бдительность терять не следует.

Тем временем неспешно летящие пылинки достигают птицы и образуют вокруг нее облако. Птица впервые кричит. Я оглядываюсь на Плащ-до-пят. Он сжимает левую руку в кулак и резко дергает ее на себя. Ответный рывок едва не выкидывает его из трамвая, если бы не Дипломат.

— Тормози! — ору я, не очень-то уверенный, что вагоновожатый меня слышит.

— Тормози! — передает ему Сине-Красный.

Трамвай резко тормозит, выкручивая мне левую руку. Спортивный Костюм, ухитрившись удержаться в окне, выпрыгивает наружу, я тоже соскакиваю на землю, и через меня перескакивает Дипломат. Птица уже без крыльев и стремительно тает, разрываемая ударами почти черных гарпунов, швыряемых Спортивным Костюмом. Дипломат извлекает откуда-то большую банку зеленого стекла или, может быть, пластика (никогда не интересовался), и Плащ-до-пят, который все еще удерживает птицу, размашистым движением швыряет ее оземь.

Птица в банке. Дипломат, улыбаясь тонкими губами, надписывает на ней наши имена.

Плащ-до-пят толкает меня в плечо:

— Какая по счету игра?

— Десятая, — отвечаю я.

— Подряд? — удивляется он.

Я киваю.

— А у меня — только вторая, — смущенно говорит, ни к кому не обращаясь, вагоновожатый.

— Зато у меня — четвертая, — ухмыляется Сине-Красный, — и так облажаться…

Серая метель стихает.

Я выбрался из метро, прошел по корявому, то сужающемуся, то расширяющемуся тротуару ведущей вверх улочки к Кольцу, перешел его по подземному переходу, свернул за турецкое посольство и побрел дальше, озираясь по сторонам. Так… Посольство есть, клиника — вот… Так, какой-то отель — рано радуешься, он не по той стороне улицы; а по этой — дурацкие черные двери, дальше стеклянный холл, еще дальше — ага, вот парикмахерская, потом опять посольство, черт его знает, чье, дом-ресторан-антикварный… На той стороне — идиотский новодел. Так. Скверик… Хм. Дальше? Дом, сбербанк… Стоп, если сбербанк — значит, проскочил. Вернулся назад. А. Это не скверик, это некоторое количество кустов и деревьев плюс пара скульптур в ящиках из досок и полиэтилена. За кустами, в глубине двора — старый трехэтажный домик. Прячется. Не поверил, сверился с записанным на бумажке адресом. Совпало. Все равно не поверил, принялся искать вывеску. Надо же было так запрятаться. Если б я не знал, что она вообще должна быть, не нашел бы. Хотя, если я правильно понимаю, это не отель с номерами с почасовой оплатой, поэтому вывески могло и вовсе не быть. Но — есть, «Лунный день». Про отель — ни слова. Ладно, бывает и хуже.

Позвонить не успел. Ко мне уже спешила девушка в, судя по всему, местной униформе: черные брюки, белая рубашка, черная жилетка. Черные туфли на не очень-то высоком каблуке.

— Здравствуйте! Спасибо, что пришли вовремя, — по-моему, это означало «Могли бы и поторопиться», но, возможно, я слишком мнителен. — Скажите, вы можете приступить к работе сегодня?

— Добрый вечер, — ответил я, пока девушка отпирала калитку. — Вы, должно быть, Наталья? — девушка утвердительно тряхнула копной светлых волос. — В принципе, можно и сегодня, но документы…

— Ничего-ничего. Бюрократия, — девушка скорчила смешную рожицу. — В общем, это как раз не к спеху. У нас сейчас острая недостаточность по части персонала. Они даже договор сделали на сегодняшнее число. Чуть не заставила все переделывать! — она рассмеялась. — Но решила смилостивиться и подождать — вдруг повезет.

— Да… До пятницы я совершенно свободен, — пробормотал я несколько смущенно.

А домик-то и впрямь мало напоминает отель. Судя по запаху, здесь раньше был какой-то архив. Архивы я не люблю. Так уж получилось. Ну, ладно, это уже мои проблемы.

Довольно запутанной дорогой Наталья провела меня в какой-то кабинет в отдельном флигелечке, я пробежал глазами по бумагам, вроде ничего подозрительно, предосудительного или не оговоренного ранее по почте не заметил и сказал:

— Наталья. Давайте по моим основным обязанностям пройдемся?

Она кивнула:

— Давайте. Вы работаете через день — точнее, через ночь — в смену, с восьми вечера до десяти утра. Сейчас, к сожалению, вы будете один. Думаю, мы найдем еще двоих работников, ну а пока — поработаете на две ставки? — я кивнул, и она продолжила: — С другой стороны — гостей сейчас всего пятеро, и нельзя сказать, что кто-нибудь из них до сего дня доставлял нам какие-то проблемы. Ваша задача — разносить по номерам заказы… Ну, это вы увидите, там все просто… Вы, кстати, пишете, что вредных привычек у вас нет?