Юрий Силоч - Постмортем

— Похоже на ловушку, — хмыкнул толстый капитан с огромным шрамом от ожога на лице.

— Похоже, — согласился Альбрехт. — Отберите мне тридцать человек, один я туда не сунусь. Эльтман остаётся за старшего. Если не появлюсь через час или не пришлю записку со словами «восточный ветер» — начинайте атаку. Если в записке будут слова «западный ветер» — это будет значить, что я в плену. И если я погибну — не щадить никого, вырезать всех до последнего поварёнка.

Многоголосое «Так точно!» подтвердило, что приказ понят и принят.

Группу гвардейцев в воротах встречала Жози собственной персоной в сопровождении Тальфа, угрюмого Вильгельма и полусотни гвардейцев, которые стояли вдалеке, накручивали усы и пытались смотреть на гренадеров свысока.

— Доброе утро, дражайшая племянница, — поздоровался великий князь, как бы невзначай осматривая внутренний двор и подмечая, на каких кустах растут необычные ягоды в виде наконечников пик и ружейных стволов. — Вижу, ты всё-таки решила сдаться.

— Да, — улыбнулась Жози, но в её улыбке не было ни капли сожаления — одно торжество. — Замок твой, забирай, если хочешь. Но сначала давай прогуляемся в парке.

— Веди, — кивнул Альбрехт. — Надеюсь, нам хватит часа, потому что если я не вернусь, мои люди здесь камня на камне не оставят.

— О, это не займёт много времени, — принцесса ткнула пальцем туда, где возвышался белый дворец, рассмотреть который мешало странное голубоватое сияние. — Здесь рядом.

— Что. Это. Такое?! — глухо прорычал Альбрехт. — Что ты натворила?!

Он смотрел снизу вверх на полупрозрачный синий купол, поверхность которого то и дело расцветала странными символами. Они вспыхивали, меняли цвет от иссиня-чёрного к серому и растворялись, но на их месте тут же появлялись новые.

С другой стороны купола на великого князя смотрело восемь жёлтых глаз с вертикальными зрачками — каждый разметом с тележное колесо. Глаза эти глубоко сидели в огромной голове, обтянутой красной кожей. На лице этой самой головы можно было найти абсолютно все изобретённые природой приспособления для охоты, убийства и пожирания добычи. Клыки, жвалы, присоски, зазубренные шипы, щупальца и железы, с которых на дымящуюся землю капал вязкий коричневый яд. Голова покоилась на длинной шее, которая плавно переходила в гибкое тело. Тело возлезжало на руинах сада, свернувшись кольцами и подобрав все многосуставчатые конечности поближе к себе.

— Это — демон, — язвительности в голосе Жози было куда больше, чем следовало бы.

— Я вижу! — проревел Альбехт. — Ты с ума сошла?! Ты, мелкая безмозглая дрянь! Если оно вырвется наружу, то…

— Я очень рада, что ты, дядюшка, сам поднял эту тему, — усмехнулась королева. — Если оно вырвется наружу, не будет ничего хорошего. Ни дворцу, ни городу, ни, наверное, королевству.

— Вообще-то я — он, — пророкотало над головами.

— Идиотка! — схватился за голову великий князь. — Я тебя повешу за такое!

— Как ты там говорил ночью? «Если не станет меня, Гримхейму всё равно придёт конец»?.. И нет, не повесишь. Потому что если я умру, он вырвется на свободу.

— Спасибо, — донеслось сверху.

— Думаешь, это всё? — лицо Альбрехта ходило ходуном из-за играющих от злости желваков. — Думаешь, я не могу взять дворец в осаду и подождать, пока ты сама не сдашься?

— Так я сдаюсь, — Жози подняла руки. — Я же сказала — вот он, твой замок. Вступай во владение. Но у меня тут с собой завалялся стилет и склянка с ядом, так что… Нет, не хочешь?..

— Хочу, — оскалился великий князь. — И лучше подожду, пока вы тут передохнете от голода, а пока подыщу способ изгнать отсюда эту тварь.

— Я сделаю вид, что не услышал оскорбление.

— Всё, чего ты, дядюшка, можешь дождаться — это прибытия полка Клеве.

Альбрехт фыркнул:

— Клеве!.. Да я его полк…

— Разгонишь мокрыми полотенцами?.. — перебила Жози с самой ядовитой ухмылкой в мире. — А что, если сюда прибудет не один Клеве? Что, если твои союзники и те, кто пока колеблется, узнают, что твой красивый план застопорился и ты стоишь под стенами дворца, теряя время? Думаю, все вместе мы зададим трёпку даже твоим гренадерам.

— Я этого так не оставлю! И не позволю с собой так разговаривать! — великий князь развернулся на каблуках и быстро зашагал обратно вместе со свитой.

Когда они отдалились, Жози повернулась к Тальфу:

— Как думаешь, они уйдут?..

Юноша пожал плечами.

— Не знаю. Подождём ещё немного и увидим.

— Уйдут. Обязательно уйдут, — в голосе демона послышалось сожаление.