Диана Удовиченко - Семь цитаделей

- А если он не сможет высосать душу? - спросил Илья.

- Такого не случалось. Порядок всегда один - сначала душа, потом - тело.

- Хорошо, я согласен, - неожиданно произнес Илья.

- Ты что, с дуба рухнул? - вырвалось у Макса.

- Не вздумай даже! - поддержала Виктория. - Прорвемся как-нибудь.

Общими усилиями удалось заставить Илью отказаться от этого намерения, и потянулись долгие часы ожидания. Макс лихорадочно обдумывал сложившуюся ситуацию, пытаясь найти выход. Видимо, все остальные были заняты тем же, на капище воцарилось молчание, изредка прерываемое Йа'рыххом, декларировавшим одно и то же требование. Вдруг Максу пришла в голову, как ему показалось, богатая идея. Стукнув кулаком по карману, он спросил:

- Слушай, Фурис, а если просто переждать этот день? Ведь жертва должна быть принесена именно сегодня?

- В легенде сказано, что один раз никто из дикого племени не захотел приносить себя в жертву, и Йа'рыхх по истечении жертвенного дня обрушил селение в подземные глубины.

- Хватит! - сказал Илья. - Вы же видите, выхода нет! Либо мы провалимся все, либо погибну только я! - прежде чем кто-либо успел его остановить, он громко выкрикнул. - Эй ты, тварь земляная! Я согласен! Выпусти остальных!

- Договор заключен! - торжественно хлюпнул демон. - Жертва назначена!

Он отполз в сторону от камней и бесформенной массой застыл в ожидании.

- Все, уже ничего нельзя изменить. Уходите! - решительно произнес Илья.

- Что ты наделал? - заплакала Аня, обнимая его.

- Ничего, может, еще помирать не придется… - туманно пообещал тот.

Макс переглянулся с Викторией и Гартом. Ему показалось, что он понял план Ильи. Крепко пожав ему руку, Макс двинулся к выходу. Невидимая пелена исчезла, он беспрепятственно покинул капище и встал рядом с восторженно приветствовавшим его Булькой. К ним присоединились все остальные.

Илья некоторое время неподвижно постоял посреди жертвенника, опустив голову и прикрыв глаза. Губы его беззвучно шевелились. "Молится", - понял Макс. Потом Илья закинул голову, взглянул в фиолетовое небо, в последний раз взглянул на своих друзей и улегся на плоский камень, раскинув в стороны руки.

- Я готов, - твердо произнес он.

Скользкая туша пришла в движение. Йа'рыхх вполз в капище и сразу занял собою все свободное пространство. Сначала он обмотался вокруг жертвенника, затем начал медленно приподниматься, раскачивая головой, и наконец с омерзительным чавканьем плюхнулся на камень, заключив неподвижно лежащего Илью в кольцо своей пульсирующей плоти.

- Пора! - заорал Макс, выхватывая меч.

Виктория с Гартом подняли арбалеты и выстрелили в червяка. Макс ожидал, что болты пробьют мягкое тело, и из него хлынет вонючая жижа. А пока демон будет корчиться от боли, они мечами добьют его. Но все вышло не так: болты, не долетев до цели, бессильно упали возле камней.

- Нет, не может быть, - лихорадочно шептал Макс, в два прыжка подлетая к капищу.

Гарт и Виктория нагнали его, и вместе они попытались прийти на помощь Илье. Но между камнями снова образовалась магическая сеть, не пустившая их внутрь. Макса охватил ужас. Он вновь и вновь пытался прорваться в капище, рубил невидимую преграду мечом, пинал ее, орал, и опять кидался в бессмысленное сражение, пока его не остановила твердая рука Гарта.

- Прекрати. Это бесполезно, - мягко произнес он, оттаскивая Макса от камней.

Макс остановился и уставился на жертвенник, не в силах отвести взгляда от лежащего Ильи. Тот не двигался, и, кажется, даже не дышал, его широко раскрытые глаза были устремлены вверх. Макс не представлял себе, как демон высасывает душу, и теперь гадал: это уже случилось, или нет? Некоторое время казалось, что ничего не происходит, Илья и Йа'рыхх оставались недвижимыми, как странная, гротескная скульптура. Потом червь издал невнятный звук, похожий на вздох разочарования, и, приподняв уродливую голову, пристроил ее на груди Ильи. Его вонючая пасть оказалась вплотную прижатой к лицу жертвы. "Начинается!" - понял Макс, - "Сейчас он сожрет Илью!" Ему хотелось зажмурить глаза и убежать как можно дальше от капища, чтобы не видеть начинающегося действа, не слышать хлюпанья, с которым Йа'рыхх будет заглатывать тело. Но ноги не слушались его, а глаза упрямо уставились на жертвенник. Наверное, червь сейчас широко раскроет зловонную пасть, и в ней исчезнет голова Ильи. А потом червяк будет натягиваться на тело, как чулок, все больше распяливая рот, пока несчастный не исчезнет в бездонной утробе… Макса затошнило.