Дэвид Геммел - Легенда

– Ты правда прошел весь свет в поисках своей женщины?

– Да, это как раз правда. Мы с ней поженились совсем юными. Потом работорговец по имени Хариб Ка налетел на нашу деревню и продал мою жену восточному купцу. Меня в это время не было дома – я работал в лесу. И я пошел за ними следом. Мне понадобилось семь лет, чтобы найти ее, – она жила с другим мужчиной.

– И что же с ним сталось?

– Он умер.

– А она вернулась с тобой в Скодию?

– Да. Она любила меня. По-настоящему.

– Любопытное дополнение к твоей саге.

– Как видно, с годами я размяк, – хмыкнул Друсс. – Обычно я не люблю распространяться о прошлом.

– А что стало с Зибеном?

– Он погиб при Скельне.

– Он был тебе дорог?

– Мы были как братья.

– Не могу понять, почему я напоминаю тебе его.

– Может быть, потому, что вы оба прячете какую-то тайну.

– Может быть. Но скажи же – что ты собирался мне предложить?

– Помилование всем и по пять золотых рагов на брата.

– Этого мало.

– Ничего лучшего я тебе предложить не могу.

– Скажем так: помилование, по пять золотых рагов на всех шестьсот двадцать человек и еще одно условие. Как только будет взята третья стена, мы уходим – с деньгами и с грамотами о помиловании, скрепленными княжеской печатью.

– Почему именно третья стена?

– Потому что это – начало конца.

– Да ты стратег, как я погляжу.

– Можешь не сомневаться. Кстати, как ты относишься к женщинам-воительницам?

– Я знавал таких. Почему ты спрашиваешь?

– Среди нас есть одна.

– Какая разница – умела бы стрелять из лука.

– Я тоже особой разницы не вижу. Просто подумал, что об этом следует упомянуть.

– Есть что-то, что я должен знать об этой женщине?

– Только то, что она убийца.

– Это просто замечательно – я приму ее с распростертыми объятиями.

– Не советую, – вкрадчиво сказал Лучник.

– Будьте в Дельнохе через две недели – и я вас всех встречу с распростертыми объятиями.

Рек открыл глаза и увидел солнце, только что взошедшее над дальними горами. Быстро стряхнув с себя остатки сна, он потянулся, вылез из-под одеяла и подошел к окну их спальни, помещенной в башне. Внизу во дворе уже были собраны лошади – статные, с подстриженными гривами и заплетенными хвостами. Все происходило в полнейшей тишине, только кованые копыта стучали по булыжнику – Тридцать не разговаривали между собой. Рек вздрогнул.

Вирэ застонала во сне, вытянув руку поперек широкой постели.

Рек посмотрел, как монахи внизу проверяют доспехи и затягивают подпруги. Как странно. Ни шуток, ни смеха – ничего такого, что слышишь обычно от солдат, выступающих на войну. Шутки разгоняют страх, проклятия снимают напряжение.

Появился Сербитар в белом плаще поверх серебряных лат, в серебряном шлеме на заплетенных в косы белых волосах. Тридцать приветствовали его, и Рек потряс головой. Немыслимо: точно один человек, отраженный в тридцати зеркалах.

Вирэ открыла глаза, зевнула, повернулась на бок и улыбнулась, увидев силуэт Река на фоне утреннего солнца.

– Твое брюшко отходит в прошлое.

– Нечего насмехаться. Если не хочешь предстать нагишом перед тридцатью воинами, поторопись. Они уже собрались во дворе.

– Это единственный способ выяснить, люди они или нет. – Она села, и Рек с трудом оторвал от нее взгляд.

– Какое странное действие ты на меня оказываешь. Мне сразу приходит охота заняться любовью в самое неподходящее время. Ну-ка, одевайся живо.

Во дворе Сербитар пригласил всех соединить свои мысли в молчаливой молитве. Винтар любовно следил за молодым альбиносом, радуясь тому, как быстро тот сумел принять легшую на него ответственность.

Сербитар закончил молитву и направился в башню. Неловкость нарушала его гармонию с окружающим миром. Поднимаясь по винтовой каменной лестнице, он вспомнил обещание, которое дал высокому дренаю и его женщине, и улыбнулся. Было бы куда проще соединиться с ними мысленно, нежели взбираться в башню.

Он постучал в дверь с железными заклепками. Рек открыл и пригласил его войти.

– Я видел, вы уже собрались. Мы скоро.

Сербитар кивнул.

– Дренаи уже столкнулись с надирами, – сообщил он.

– Разве надиры уже подошли к Дельноху? – встревожился Рек.

– Нет-нет. Легионеры встретились с ними в поле и хорошо себя проявили. Ими командует Хогун. Хоть он-то не внушает сомнений.

– Когда это было?

– Вчера.

– Снова ваши способности?

– Да. Тебя это подавляет?

– Мне немного не по себе – но только потому, что я не разделяю вашего дара.