Элдон Томпсон - Алый меч

Лишь древины обладали ответами на вопросы Джерома и могли провести его через все опасности и преграды к заветной цели. Нужно верить. А если вся эта история с древинами — правда, бессмысленно забивать себе голову пустыми размышлениями и заботами.

И все же бесконечные жалобы Эллайена, будто заноза в мягком месте, мешали удобно устроиться в седле. К ночи, когда лучник неожиданно прекратил мучить друга расспросами, у Джерома даже разболелась голова. Черпал ли Эллайен силу у солнца, или попросту устал от собственного нытья, но Джером наконец-то получил передышку. Вскоре путешественники разбили лагерь. Может быть, к утру тучи между ними рассеются.

Завтра начнется путешествие.

В воздух поднялась рука в черной перчатке с требованием остановиться. Отряд замер на месте за спиною предводителя. Ветви трещали, листва раскачивалась и шелестела. Тень нахмурилась. До сих пор наемники, посланные на подмогу, вели себя послушно — отличное качество для пушечного мяса. Но солдатам не доставало изящества, ловкости и хитрости — мастерства, незаменимого в щекотливом деле. Мысленно послав колдуну проклятие за лишнюю обузу, Ксариус Тализар бесшумно соскользнул с седла. Словно марионетки, солдаты последовали его примеру. Убийца резко развернулся и бросил в их сторону холодный злобный взгляд. Будто кто-то перерезал нити кукловода, и наемники, как груда поленьев, замерли в седлах. Жестом Ксариус приказал остолопам сидеть тихо и скрылся в ночном лесу.

Оставшись один среди таких же теней, как и он, Ксариус почувствовал облегчение и с легкостью растворился в призрачном мире ночи. Следуя по пути королевы Эллибе, отряд натолкнулись на небольшую лесную деревеньку, обозначенную на карте как Дилн. Бывшая королева даже не пыталась скрыть следы своего стремительного путешествия. Столь отдаленное поселение вряд ли могло стать местом случайной остановки. Несомненно, именно сюда направлялась Эллибе. Здесь и нужно начинать поиски принца Торина.

С отточенной ловкостью Тень скользила по естественным и рукотворным тропкам беспечно дремлющей деревушки. В столь поздний час во всем поселении мерцали лишь несколько огоньков, остальные окна, темные и холодные, будто пустые глазницы, слепо взирали на таинственного незнакомца. Судя по всему, в деревне не было ни стражников, ни патруля, ни часовых. Изредка на залитых лунным светом тропинках попадались одинокие сельчане, которые тихо насвистывали что-то себе под нос и не замечали присутствия Тени. Ночь стояла безветренная и спокойная. Убийца вышел на охоту, предчувствуя обилие дичи.

Ксариус рано осознал бессмысленность жизни. Мальчика вырастили дядька и тетка, нищету и убогость существования привыкшие скрашивать выпивкой, похотью и нескончаемой бранью. К четырнадцати годам Ксариус устал от постоянных унижений. На преступление его толкнула не ненависть, а стойкое чувство отвращения.

Мальчик не ожидал, что убийство принесет ему такое наслаждение. Именно так он нашел свое призвание и способ возвыситься над чернью. Подвиги Тени переживут всех, он оставит после себя страх и ужас, жуткую сказку, которой родители будут пугать непослушных детей. Выдающиеся подвиги и великие имена в конечном итоге забываются. А он станет живой легендой.

Одна попытка — одно убийство.

Обойдя деревушку по внешнему периметру, Ксариус направился к центру. Вскоре он добрался до небольшой поляны, похожей на рыночную площадь с дюжиной торговых палаток. Как и маленькие домики на окраине, здания здесь, казалось, пустовали или служили только для ночлега. Даже напоминавшее постоялый двор или таверну строение было закрыто. Более тоскливое существование трудно себе представить.

Взгляд убийцы привлекло центральное здание, самое большое на площади. Очевидно, что-то вроде деревенского совета. Окна растворились в теплом свете факела. Некоторое время Ксариус Тализар наблюдал за дверью. Никто не нарушал тишины. Под покровом темноты Ксариус наконец направился к строению, осторожно ступая по ковру иголок. Еще раз осмотревшись, убийца подпрыгнул и ухватился за низкий край карниза. Он осторожно подбирался к окошку в крыше, распахнутому навстречу прохладному ночному ветру…

— Я устал от ночных собраний, Эзаис, — жаловался мужчина с каменно-серым лицом. — Мы и так потратили уйму времени.

— С этим мы все согласны, Ригдон, — устало вздохнув, ответил Эзаис. — Но ничего другого не остается, пока мы не решимся на конкретные действия.