Элдон Томпсон - Алый меч

В сумерках спальни Джером покачал головой. Странно, что воспоминание ожило именно сейчас, но времени упиваться детскими мечтами больше не осталось.

Тяжело вздохнув, юноша откинулся на набитую перьями подушку и заложил руки за голову. Он еще долго не мог заснуть.

Наступило утро в сверкании огненного великолепия позднего лета. Джером проснулся с ощущением страха и боли. Мир его изменился бесповоротно. Ночь не успокоила ни сердце, ни разум перед предстоящим приключением. Те слабые уверенность и решимость, которые юноша с таким трудом отыскал в душе вчера, к утру совершенно выветрились, оставив лишь пустоту сомнений. Джером невольно начал обдумывать все с самого начала в надежде, что еще не слишком поздно.

Джером выскользнул из-под одеяла и остановился у окна, окунувшись в лучи утреннего солнца, струившиеся сквозь покрытое пылью стекло. Он потер слипшиеся веки и размял затекшие шею и спину. Неожиданно на глаза снова попалось изображение Алого Меча на стене, искусно выполненное художником. Что за сон промелькнул в голове прошлой ночью? В памяти всплыла фигура Даринора и непокорная мечта завладеть легендарным оружием. Джером потряс головой, стараясь обуздать полуночный полет фантазии, который однажды показался судьбоносным, а теперь походил на глупое ребячество.

Надев широкую рубаху, штаны и жесткие, но удобные кожаные ботинки, Джером по лестнице спустился из своей спальни на чердаке в общую комнату дома, где жил с отцом. На обеденном столе лежали фрукты и записка от Эзаиса. Кусая яблоко, Джером быстро пробежался глазами по бумажке. Накануне старейшины приготовили провизию и все необходимое для похода. Джером не давал совету много обещаний. Он объявил только, что направится в Куурию, как уже договорились, и попытается сделать все возможное, чтобы убедить Деррега и имперский совет оказать им помощь перед лицом смертельной угрозы. Старейшины одобрили решение Джерома и намерение Эллайена сопровождать друга и немедленно взялись собирать приятелей в дорогу, отправив самих путешественников отдыхать. Джером привязал веревку к мешку с едой, маслом, целебными травами и другими необходимыми в дороге вещами и повесил его за спину.

В дверь постучали. На пороге появился Эллайен, облаченный в походные одежды из кожи и шерсти. Через плечо он перекинул лук и колчан со стрелами, а на поясе висел охотничий нож.

— Привет, — с натянутой улыбкой поздоровался Эллайен. — Похоже, ты выспался лучше моего.

Джером доел яблоко и взял в руки широкий меч в ножнах, висевший у двери. Пускай оружие и не отличалось изысканной отделкой, как некоторые из клинков на чердаке, но этот меч был удобнее и практичнее.

— Сомневаюсь, — ответил Джером. Эллайен посмотрел на выбранный другом меч.

— Как думаешь, удастся им воспользоваться?

Джером удержался от ответной колкости. Он понял, что Эллайен не шутит, а замечание его разумно и справедливо. Джером заигрался в путешественника и короля. Он отправлялся в путь, таивший множество опасностей, даже не зная до конца, сумеет ли за себя постоять. Всю сознательную жизнь Джером старательно и усердно учился основам боя на мечах. Читал рукописные пособия и расспрашивал всех приезжих, кто мог поделиться знаниями. Проводил долгие изнурительные часы, оттачивая мастерство боя, осваивал сложные приемы методом проб и ошибок. Но когда дело доходило до реального столкновения, техника отступала на второй план перед опытом, которого Джерому так недоставало. Страстная преданность тренировкам сделала юношу самым искусным фехтовальщиком в деревне, но на деле это ничего не значило.

Почувствовав неловкость. Эллайен поспешил сменить тему.

— Твой отец еще здесь?

Джером покачал головой, припоминая лежавшую на столе записку.

— Ушел рано утром. Но мы остановимся по пути у совета старейшин и еще поговорим с ним.

Эллайен кивнул.

— Ну что готов? — неуверенно спросил Джером, проверив свою ношу.

Лучник фыркнул и, пробормотав что-то саркастическое, вышел. Джером молча последовал за другом.

С тоскливым вздохом юноша запер за собою дверь. Лучи утреннего солнца лениво ласкали землю, дул свежий утренний ветерок, и Джерома захлестнула волна печальных воспоминаний о жизни в Дилне.

— Пошли, — позвал Эллайен. — Мои родители хотят попрощаться с тобой. А мне не терпится послушать, какой же совет нам приготовили старейшины на прощание. Да и путь будет долгим.

Взглянув напоследок на родной дом, Джером не говоря ни слова, спрыгнул с крыльца. Спутники направились к площади в центре лесной деревни.