- Рад видеть тебя здоровой и полной сил, госпожа Миэ. - Взгляд волшебника метался от женщины к книге, казалось, глаза его того и гляди расползутся в разные стороны, как у ящерицы. Кроме него и отца, никто в доме Эйратов не осмеливался звать ее коротким именем, как не смел и так низко кланяться. Но Миэ прощала старику все. - Я слышал о твоем возвращении, но не решился беспокоить тебя визитом, пока сама не соизволишь меня позвать пред свои ясные очи.
- Стар ты, Родгер, так заливать, - не зло пожурила таремка и погрозила пальцем.
Она положила на стол шкатулки с шарами, убрала книги одной стопкой и предложила старику сесть на место, которое прежде занимал Лаумер. Тот охотно пристроил свои кости: часть подушек скинул на пол, а на остальных какое-то время поерзал, устраиваясь удобнее. Как старая собака, что долго вертится на одном месте, вынюхивает и скребет лапой, прежде чем лечь, а после все равно лежит с постной мордой. Родгер поохал для порядка, хитрым взглядом пощупал книги.
Миэ открыла шкатулки и поставила их перед стариком, вопросительно глядя на него, мол, что скажешь. Старика "глаза" интересовали меньше книг, но он тут же взял один, повертел его меж костлявыми пальцами, поглядел внутрь, сощурив глаз. Миэ никогда не интересовалась созданием таких предметов, как, впрочем, была далека от всякого зачарования и наложения магических рун. Знала только, как работают такие шары и, что не зная нужного слова, их никак не заставить работать. Отец, несмотря на уговоры мастера-волшебника, не согласился на создание подобного блага, которое вот уже с десяток лет стремительно осваивали все богатеи Эзершата. Лорд Эйрат предпочитал жить по старинке, используя письма и зачарованные охранными глифами тубы.
- Занятная работа, - Родгер прищелкнул языком. Старость не лишила его пальцы ловкости, и шар перекатывался в ладони, словно у заправского фокусника.
- Чем занятная? - Миэ не спешила задавать своих вопросов, чтобы ненароком не спугнуть догадки волшебника. Пусть сперва скажет свое, а уж после будет иной разговор.
- Выполнен будто бы ладно, а шершавит. - Старик потер подушечкой большого пальца по ониксовой поверхности, улыбнулся и передал "глаз" Миэ. Таремка повторила вслед за ним, но ей шар показался идеально гладким, без единого изъяна. Старик потянулся за вторым, ощупал и его и закивал, мол, и здесь так же.
- Разве они станут работать, если сделаны как попало?
- Эти, госпожа, сделаны не как попало, они выточены с великим мастерством, но... - он помедлил, выбирая нужное слово, - ... торопливо, я бы сказал. Как наспех сотворенное чародейство сработает, но не в полную силу.
- И что это значит?
- Думаю, сигнал между ними будет не остаточной силы, чтобы использовать образцы на далеком расстоянии. - Старик потряс шар, прислушался, словно слышал какие-то звуки, предназначенные только ему. - Не слишком существенный брак. Думаю, если бы у меня было время исследовать их, я смог бы сказать более определенно. - Он как бы извинялся за свои слова, но звучали они скорее снисходительно - Родгер знал, что без него не обойдется, и, как всякий старый лис, собирался торговаться. Он продолжал поглядывать на книги, но предусмотрительно не спрашивал откуда они.
- Будет тебе время, шельма, - нехотя согласилась Миэ. - Пара дней, думаю, в самый раз, а то еще подумаю, что на девятом десятке пора тебя на покой отправлять, за ненадобностью. Скажи только - насколько невелико расстояние? Несколько миль?
- Что ты, госпожа, думается, если развезти ониксы по разные стороны Рхеля, или, скажем, Дасирии, то магического сигнала будет достаточно, чтобы вести разговоры. Может с огрехами, но работать они должны. А если, положим, увеличить расстояние на треть - тут меня сомнения разбирают.
Миэ быстро вспоминала. Один шар она нашла вместе с книгами, в Хеттских горах, второй был в вещах мертвого Дюрана. Что же выходит? Северные земли невелики, Дюран мог общаться с тем, кто бродил в подземельях. Знать бы только, кто владел книгами и ониксовым "шаром". Румиец? На это указывали книги. И то, что в горы не полез бы никто из северян, было еще одним тому подтверждением. И все же таремка не спешила с выводами. Может, в подземельях пережидал незадачливый вор, который выбрал не то место для схрона. Впрочем, эта версия не отменяла того, что первоначальным владельцем странного скарба мог быть румиец. Миэ напрягла память, вспоминая, что Раш рассказывал о браконьерах. Они с Хани, будто бы наткнулись тогда на парочку, которые разведывали рудники. Что если то были не первые охочие до чужого, и несколько из них остались жертвами летунов в пещерах?
Читать дальше