Array ur1ka - Гарольд Дурсль

Согласился Гарри с неописуемым восторгом. В уме он уже предвкушал, как потом расскажет все Драко, и тот слюной изойдет от зависти. Может, он даже научится супермагии и тогда покажет всем. Что и кому он покажет, Гарри еще не решил. Но было круто.

* * *

Ответ от тети пришел через неделю. Она купила фонарики и очки и даже не поинтересовалась зачем. В длинном, закапанном слезами письме она клялась, что в жизни не откажется от Гарри, что не просто хочет, а обязана познакомиться с тем, кто станет его опекуном: «А вдруг это маньяк какой-то? Ты пока будь поосторожней, а я разберусь. Поверь, твоя тетушка Мардж еще ого-го. Я любого выведу на чистую воду. Я его с Потрошителем познакомлю. Мой мальчик хорошо разбирается в людях».

Другу племянника, который хочет увидеть настоящих английских бульдогов, она пообещала подобрать лучших представителей породы: «Маленькая Герцогиня вот-вот ощенится. И я готова душу заложить, что этот помет будет уникальным. Я повязала ее с Ричардом фон Хаски. А этот кобель - элита Британии».

Напоследок тетя строго-настрого наказала Гарри раз в неделю присылать ей птицу покрепче, способную поднять хотя бы с полфунтика конфет. И обязательно писать, ее лениться. Письмо Гарри перечитал несколько раз, а посылку спрятал. Зачем лезть в подземелье, если змей сам приходит к нему на галерею. Их свидания происходили почти каждый день - как только Гарри мог незаметно выбраться из башни. А с каждым днем это становилось все труднее. Рыжая стихоплетка бродила за ним по пятам. На этот раз молча. С зимы она ужасно похудела, вьющаяся медная проволока, которую она безуспешно пыталась выдать за волосы, потускнела и повисла унылыми прядками. Под вечно покрасневшими и запавшими глазами залегли тени.

Рыжие близнецы успели наорать и на Рона за то, что он «глазки в голове имеет, а смотреть ими не умеет», и на Гарри «что б под ногами не путался». Джинни тоже от них перепало. Правда, разговаривая с ней, близняшки наложили качественную завесу тишины, и Гарри мог только смотреть, как Джинни беззвучно рыдает, некрасиво и широко разевая рот. И как по ее щекам катятся крупные слезы, которые она неряшливо вытирает, скорее размазывает рукавом. Вдоволь наоравшись, близнецы с видом хорошо поработавших людей ушли пошляться до отбоя, а Гарри вздохнул и потащился утешать девчонку. Ну не мог он спокойно смотреть, как ни за что, ни про что обижают людей. Пусть и противных.

Правда, утешать Гарри как-то не умел. Ну не будет же он обнимать эту рыжую точно так же, как и Драко? Драко обнимать и самому приятно. Он такой весь чистенький, душистый и милый. Он даже когда ревет, то не противный. Поэтому Гарри попытался отвлечь Уизли от ее сопливых переживаний:

- Мадам Спраут сказала, что мандрагоры уже бегают по горшкам друг к другу в гости. Скоро совсем созреют, и тогда всех раскаменеют. Классно?

Вместо того чтобы вместе порадоваться, Джинни как-то странно покосилась на Гарри, вскочила и бросилась вон из гостиной. Гарри только плечами пожал: кто их поймет, этих девчонок. Но с того вечера ускользать из башни стало намного легче - Джинни почему-то пряталась от него. Но Гарри было не до нее. Седьмой и пятый курс опять забегали в предэкзаменационных хлопотах. На улице потеплело, и Драко предложил опять погонять на метлах; а Сайф предложил погонять их вокруг озера для роста мышц и выносливости; а укоренившегося в оранжерее Невилла приходилось выкорчевывать оттуда общими усилиями; а Блейз ежедневно трепал нервы, требуя бросить его в пасть василиску, раз Гарри даже не дает на него хотя бы посмотреть.

А Регулус учил Гарри змеиной магии. Это он так говорил. Для Гарри это были просто приятные вечера с хорошим рассказчиком. Змей рассказывал, как отличаются на вкус воздух сырого подвала и нежилой комнаты. Как надо закрывать третье веко, если не хочешь повредить собеседнику. Показывал, медленно открывая пасть, как ядовитые зубы выплывают из кожных карманов и закрепляются специальной мышцей. Гарри с восторгом касался блестящих белых клыков, затаив дыхание, просовывал руку в пасть и щупал ядовитую железу. А еще он, вздохнув, попросил Регулуса разрешения отковырнуть одну чешуйку. Для Блейза.

Чешуек разрешили отковырять сколько угодно, только никому пока не показывать. Апрель уходил, волоча за собой едва уловимый шлейф запахов лесных первоцветов и подкрепленные деловым жужжанием рассуждения Нектара об особых свойствах и не менее особой цене на первый мед. Длинный, усеянный веснушками, нос любопытного мая был виден уже почти во всех щелях - то в виде вздрагивающего от озноба последних заморозков, но вполне уверенного в себе ландыша, нахально подбоченившегося прямо посреди клумбы с гордыми рододендронами. Или - особенно жаркого денька, совершенно неожиданного после морозного утра.