Array ur1ka - Гарольд Дурсль

- Папа круче старой кошки!

Потом они всей толпой бродили следом за братьями Лестрейнджами и слушали. Правда, ничего интересного пока не было. Сайф взахлеб рассказывал, как он жил у бабушки Августы. Знакомил с остальными и со все большей неуверенностью поглядывал на братьев. На его лице все отчетливее проявлялось желание спросить. Но нужный всем вопрос задал неугомонный Блейз. Он в очередной раз устроил своего феникса в лучшем кресле, шлепнулся в другое и выпалил, совершенно забыв о приличиях:

- А кто из вас папа Сайфа? И как вас зовут?

К этому времени Сайф совершенно сник. Он отчаянно не знал, как себя вести, и неловко уклонялся от таких же неуверенных объятий мужчин. Ссутулившись и сунув сложенные лодочкой ладони между коленей, он сидел на самом краешке дивана, стараясь не прикасаться ни к одному из мужчин. Драко бесцеремонно столкнул феникса на пол и запрыгнул на вышитую подушку, подвигаясь, чтобы рядом мог поместиться и Гарри. Сириус развернул еще одно кресло и развалился в нем, забросив ноги на фигурный столик в виде восьмигранника.

- Ну, ответь же ребенку, Руди.

Один из мужчин, уже переодетый в темно синюю бархатную мантию, чуть коротковатую, но все еще приличную, белозубо улыбнулся.

- Привет, нахаленок. Я Рудольфус Лестрейндж. А это мой брат Рабастан. Мы оба папы Сайфа.

- Тройственный брак,- понимающе кивнул Блейз. - А вы, правда, сбежали из Азкабана? А он страшный? А дементоры какие? А…

- А как вы сбежали, Руди? - Томас оперся о камин, единственное место, с которого он мог с легкостью блокировать любую попытку Лестрейнджей к сопротивлению. - Очень интересно… может, когда и пригодится.

Рабастан покраснел. Отчаянно и жарко. Дернул кистью, как будто хотел пропустить пальцы сквозь волосы, но только погладил лысый череп. Люпин аккуратно пристроился на стуле с высокой прямой спинкой. Его палочка лежала на коленях. Вроде бы мирно, но Гарри уже знал цену таким безвредным позам. Оборотень был вертлявей ящериц в траве. Рудольфус промямлил что-то о том, что надо подождать хозяина имения, чтобы не повторять все еще раз, но Сириус оскалился в понимающей ухмылке и выразительно постучал себя пальцем по лбу.

- Держишь нас за болванов? Не тяни, родственничек. При Люциусе повторишь все еще раз. С веритасерумом.

Заговорил Рабастан. Резко, отрывисто и громко.

- Это я придумал. Рудольфу пришлось тоже согласиться. Он же отвечал за меня. А я просто струсил, - он не столько рассказывал, сколько выговаривался. Выплескивал из себя стыд. Оказывается, авроры приспособились тренироваться на узниках. Но бить беспомощные мишени было хоть и интересно, но совершенно нерационально. Поэтому, некоторым, еще не потерявшим силу и разум, было предложено поработать тренировочными куклами. За это им обеспечивали более сносные условия - этаж без дементров, приличную еду и некоторые другие радости жизни. На тренировки им выдавались специальные палочки с уменьшенной почти на порядок силой. Ведь они должны были не калечить курсантов, а показывать технику дуэлинга. А вот курсанты работали в полную силу. Оба Лестрейнджа были частыми гостями в больничном крыле.

В начале июля они «принимали» экзамен. Группа попалась крепкая, с творческим подходом. Рабастана свалила какая-то розововолосая пигалица. Сволочь настолько удачно притворялась нерасторопной идиоткой, что он пропустил целую серию грамотно сплетенных проклятий. Рудольфус продержался чуть дольше. Его добил коренастый азиат. Очнулся Рабастан ночью. Рядом находился все еще спящий Рудольфус с намертво зажатой в сведенной судорогой руке палочкой. Это и стало отправной точкой побега. Энервейт получился. Хоть и слабенький, но вполне приемлемый.

Дверь была не заперта. Впрочем, как всегда. Предполагалось, что очнувшись, братья мирно потопают в свою камеру. Бежать-то некуда. За следующей дверью полно охраны. Но не в этот раз. Дверь в караульное помещение была чуть приоткрыта, и оттуда не доносилось ни звука. Потому что никого не было. У главного входа дремал какой-то курсант. Рабастан не сказал, что они с ним сделали, но признался, что до берега они добрались, используя чужую палочку. После чего аппарировали в Дувр. Там палочка была пристроена на вовремя отходящий паром. В ближайшей подворотне у грязноватого паба они раздели пару магглов и направились к Малфою. Добирались почти две недели, скрываясь от маггловских властей и авроров. Вперед их гнала единственная надежда - Люциус поможет с документами и деньгами. Еще хотелось узнать о судьбе сына.