Рамез Наам - Нексус

Искушение было очень сильным. Получить наставника, которому он может доверять, к которому может обратиться. Работать над реальными задачами и не тратить все время на то, чтобы их скрывать…

Но там он тоже будет рабом. Он будет создавать оружие. На его руках будет кровь.

Прощу прощения,передал он , но я не могу принять ту цену, которую вы платите.

Я не буду вечно платить эту цену, Кейд. Настанет день, когда мы станем свободными и люди больше не будут нами помыкать.

Сколько в ней злобы! Она их ненавидит. Он уловил воспоминание о том, как ее наставник, Янг Вэй, сгорает заживо…

Она видела, как он умирает, понял Кейд. Как бы это повлияло на меня ?

Он отбросил эту мысль. Это не имеет значения.

Прошу прощения,передал он, но на карту поставлена не только моя жизнь. Там больше сотни людей, чья жизнь находится под угрозой. Я не могу их бросить.

Это всего лишь люди,передала она. Вы ценнее их. Вы растрачиваете свой потенциал.

Я тоже человек.

Вы больше, чем человек, Кейд. Вы теперь трансчеловек. И вы можете стать еще сильнее.

Все могут стать сильнее,передал он. Как я понимаю, речь идет о выборе и свободе. О потенциале каждого.

Миру нужны лидеры, Кейд,передала она. После того как мы покончим со старым порядком, образуется вакуум. Кто будет править? Дать каждому полную силу — все равно что дать ружья детям. Со временем мы некоторых возвысим, но мне нужно ядро из таких людей, как вы, чтобы заполнить этот первоначальный вакуум. Вы всегда будете принадлежать к элите.

Господствовать…ответил он. Принадлежать к элите…

Другого пути нет,передала она.

А кто решает, кто должен стать частью этой элиты? — спросил он. Кто решает, кого из людей возвысить?

Тот, кто берет на себя инициативу, Кейд. Тот, кто выигрывает грядущую войну. Я полагаю, что это будем мы. И вы можете быть на стороне победителей.

Он видел это ее глазами. Старики, которые правили его страной и ее страной, встают на колени, уступая дорогу новому порядку, или сгорают. Умирают. Везде.

Это было уже слишком. Голова кружилась, он с трудом поднялся на ноги и попятился, вслух пробормотав какие-то слова прощания. За ним следовало ее разочарование. Повернувшись, он оцепенело поплелся к своему стенду. Он чувствовал, как сеть ложных воспоминаний опутывает тот разговор, который только что состоялся. Но его это не волновало.

Его настигли ее заключительные фразы. Когда-нибудь вам откроется правда, Кейд. Люди — враги будущего. Они нас ненавидят, ненавидят нашу красоту и наш потенциал. Либо они выследят нас, убьют или поработят, либо мы встанем выше их и займем в этом мире подобающее нам место. Других вариантов нет.

Безумие. Всюду безумие. УПВР собирается сделать его рабом, Шу собирается сделать тираном и убийцей. Нужно найти какой-то другой путь.

Уотс осторожно выскользнул из тени внутренней стены храма Хуа Ламфонг. Был час вечерней медитации, между ужином и сном, и все монахи находились в центральном зале. Золотые Будды взирали на Уотса безмятежными, безжизненными взглядами, его дразнили их полуулыбки. Краснолицые сторожевые демоны смотрели на него с вожделением. Гигантская статуя индуистского бога с головой слона, Ганеши, взирала на него с бесстрастием инопланетянина.

Уотс весь вечер следил за немногочисленными кельями монахов и видел, как Туксин входит и выходит из кельи, расположенной в самом конце. Это был городской храм, предназначенный больше для мирян, чем для монахов, но некоторые из них все же обитали здесь. Туксин и Ананда занимали маленькие кельи поближе к Университету им. Чулалонгкорна, где Ананда работал и преподавал в течение недели. Уотсу было известно, что родной монастырь Ананды находился в ста с лишним километрах к северо-востоку, высоко в горах.

Уотс медленно и бесшумно крался вперед, выдерживая такой темп, чтобы костюм-хамелеон мог приспособиться к окружающей среде. Если двигаться слишком быстро, никакая технология тебя не выручит. Главное — это терпение. И удача. Уотс внимательно следил за огнями и движением. В метре от него прошла монахиня, направляясь по каким-то делам из одного места в другое, и не заметила его присутствия. Когда она проходила мимо, он замер, и снова пришел в движение, когда она завернула за угол.