Сергей Панченко - Себ

— Извините, я пришел забрать комод, я заказал его по каталогу из верхнего мира.

— Когда? — Не поднимая головы, спросила пожилая женщина.

— Заказал давно, но никак не мог найти времени забрать.

— Скажите конкретнее, потому что у нас разные склады для залежалых посылок.

Себастиен показал два пальца.

— Где-то, два месяца назад.

— Пишите на бланке свою фамилию и имя, если заказано на вас.

— На меня, на меня. — В сообщении с дешифратора, было указано имя и фамилия получателя.

Радован каллиграфически вывел имя и фамилию на бланке, и поставил размашистую подпись. Женщина позвала из подсобки молодого парнишку и вручив ему бланк указала на молодых людей.

— В шестом складе, я думаю, лежит их вещь. Сорви с нее корешок с ценой и принеси, пусть оплатят и забирают.

Мальчишка убежал на склад и вскоре принес бумагу с напечатанным текстом и разными печатями поверх него. Женщина сравнила фамилию и имя на бумагах, сличила их с внешностью Радована, будто это было возможно. Взяла с него полтора форинта, изрядно порадовав дешевизной.

— Идите за мальчиком, он вас проведет. — Сказала женщина, и снова приступила к монотонным обязанностям.

Мальчишка привел их к дырявому складу, защищающему только от солнца. Внутри находились горы вещей, за которыми никто не пришел. Мальчишка подвел их к старому комоду.

— Вот этот. — Ткнул он его носком ботинка.

— Аккуратнее, не твое. Пойди, на улице подожди. — Сказал мальчонке Радован.

Когда мальчишка вышел, Себастиен открыл все ящички и дверки, чтобы найти генератор поля. Как он выглядит ему описывал Орлик. В комоде было пусто. Себ потряс его, приподнял и заглянул под дно. Генератора не было. Неужели его нашли и вынули? Если генератор нашли, то должны были устроить слежку за теми, кто придет за ним.

— Радован, выгляни на улицу, вдруг мы попали в засаду.

Тот вышел. Себ в голове прокрутил все события и диалоги в почтовом управлении. Ничего не вызывало подозрений. Украсть могли и здесь, на почте. Но они могли не понять, что за прибор украли, и потому промолчать. Себ стал лихорадочно соображать, как вытянуть из работников правду.

Вынутые из комода ящики лежали на верхней крышке. Себ, сам не зная для чего стал двигать их взад и вперед, пока свободный край сознания не зацепился за тот факт, что ящики короче крышки стола на четверть. Себ засунул ящик на свое место и тот уперся в заднюю стенку. Такого быть не могло. Юноша развернул комод задней крышкой к себе. Вынул кинжал и поддел крышку. Гвоздики, со скрипом покинули свое место. Себастиен отогнул край сильнее и увидел, что крышка служила вторым дном. Между стенками лежал большой сверток из неизвестного материала, напоминающего засохшую пленку киселя с пузырьками воздуха. Сомнений не было в том, что это генератор. Себ вернул крышку на место. Он вышел на улицу и показал Радовану, что можно заходить.

— Все нормально. Он там, внутри, там двойное дно.

— Слава богу! — Сказал Радован облегченно. — А как мы потащим эту гробину. Не ломать же ее здесь?

— Есть идея. Мы генератор вытащим где-нибудь втихаря, а комод довезем до рынка. У вас же есть рынки? — Спросил Себастиен.

— Разумеется.

— Продадим комод. Я думаю, форинтов за пять его заберут без проблем. На эти деньги купим ниток и наймем извозчика, чтобы он отвез нас к границе. Или ты опять скажешь, что нужно положиться на случай?

— Не, не скажу. План отменный. Давай попросим юнца показать нам дорогу на задний двор.

Войны и убийств никто не хотел. Перевороты случались в южной четверти и раньше, но до кровавых вакханалий никогда не доходило. За все время, были убиты только два дуче, и как хранила история память о них, то и поделом.

— Кто бы не победил из вас, Рамирес, для меня исход будет один. Тебя все равно принудят выдать меня. Поэтому, вся надежда на то, что генератор скоро окажется у меня в руках, и я покину ваш гостеприимный край. — Орлик обрисовал Рамиресу свое будущее.

Значительные силы сторонников Рамиреса уже проникли в столицу и ждали условного сигнала, чтобы начать восстание. Сигналом к нему должно было стать возвращение Себастиена и Радована с генератором поля. Орлик поддержал революцию исключительно из-за родителей Себастиена и Джулии. Он испытывал перед ними вину, за то, что перевернул всю их жизнь своим внезапным появлением. Для остальных жителей южной четверти, со сменой власти ничего не поменяется. Возможно, Рамирес начнет какую-то реформу среди шерифов, но это процесс долгий и опасный. Скорее всего, он тоже полюбит власть и роскошь, которая сделает его более невосприимчивым к несправедливости.