Сергей Панченко - Себ

— Это было ограбление? — Спросил из-под повязки один из «воронов».

— Да. — Ответила за отца Джулия. — Мы ездили в город получить деньги за урожай, а они нас догнали.

— Мы немного застали развязку, вы действовали храбро, хотя и фатально. Не будь нас рядом, вы распрощались бы и с деньгами и с жизнями.

— Спасибо… вам. — Произнес Хуан, борющийся с появившейся во всем теле «трясучкой».

«Ворон» поднес ко рту рацию.

— Ноль первый, это патруль на северном направлении. У нас здесь ограбление фермеров. Одного насмерть, один контуженный лежит, и третий полностью здоров.

— С фермеров возьми показания, и отпусти, а за бандитами сейчас пришлем транспорт. — Прошипела рация.

— Хорошо, понял. До связи.

«Ворон» представился Джулии и отцу, как лейтенант Службы внешнего порядка. Он записал их адрес, возраст, имена и отпустил, дав напоследок ценный совет.

— В следующий раз, если вам грозит опасность, выбирайте жизнь.

Офицер бросил на Джулию взгляд, выражающий все его отношение к ее цветущей красоте, заставив девушку зарумянится.

— Вы это, если что, офицер, будете патрулировать в наших краях, заезжайте, не стесняйтесь. Отблагодарим вас по высшему разряду. — Хуан готов был на все.

— Спасибо, отец, буду рядом, заеду. Будьте осторожны.

Джулия на трясущихся от недавних событий, ногах забралась в повозку и, почти упала на соломенную подстилку. Отец тряхнул вожжами и телега со скрипом, продолжила движение.

— Спасибо тебе, Господи, что всё обошлось. — Хуан достал распятие с груди и поцеловал его.

— Боюсь, что у этой истории еще будет продолжение. — Сказала Джулия.

— С чего ты взяла? — Удивился отец.

— Меня же ищут, а мы назвали им свои имена.

Оставался еще один мир в котором Нил Дальквист мог чувствовать себя в относительной безопасности. Мир, чем-то похожий на Валгаллу, но населенный китайцами, вьетнамцами и прочими азиатскими народами, внешние различия между которыми Орлик не замечал. Плотность заводов, фабрик и прочих промышленных объектов была здесь еще выше, чем в родном мире Дальквиста. Теснота привела к тому, что мир стал расти вверх. Необыкновенно высокие небоскребы стремились ввысь, как мифическая Вавилонская башня. На самых верхних этажах даже существовала система вентиляции, нагнетающая воздух в помещения, чтобы повысить давление разреженного воздуха.

Мир назывался в присущей для азиатского менталитета манере — Рукотворный Дракон. Находился он в восточной четверти еще одного рукотворного мира. Структура его выглядела примерно так: самые нижние уровни — это фабрики и заводы. Воздух там был самый грязный. Всевозможные фильтры, оросители и прочие ухищрения, призванные дымы производств не подниматься выше промышленного уровня работали, но плохо. Расположенный над промышленным, уровень пролетарского жилья испытывал постоянное задымление. Выше пролетариев, в относительном комфорте проживали руководители нижнего и среднего звена. И, наконец, на самом верху, находились апартаменты тех, кто находились у руля всех производств и административного руля. Руководил этой четвертью гуань. Так называлась должность на которую назначали человека присматривающего за всей четвертью.

Гуань Фу Лонг жил среди облаков, в пентхаусе самого высокого дома Рукотворного Дракона. Наверняка, мысли о собственной богоизбранности приходили на такой высоте. В редкие дни ему был виден мир внизу, отчего его существование можно было вообще поставить под сомнение. Именно такое отношение к миру и спасало Орлика от излишнего беспокойства со стороны властей. Нижние уровни Рукотворного Дракона были самыми продвинутыми из всех миров по количеству различных сомнительных сделок и антигосударственных мероприятий. Имея деньги или красивую идею, можно было заказать для себя весь ассортимент производимых здесь устройств, и даже больше.

В тот день, когда вся структура сопротивления начала вскрываться властями из Гонолулу, как консервным ножом, Нил с товарищами, не задумываясь, спрятались в Рукотворном Драконе. Прятались они, не с целью избежать наказания, а перегруппироваться, учесть ошибки, и снова ринуться в бой.

Орлик много анализировал случившуюся ситуацию, чтобы понять, в каком месте разорвалась отлаженная ими структура. Кто предатель, и как он мог втереться в самые осведомленные круги Сопротивления? Еще, его совести не давала покоя мысль о Себастиене. Юноша спас ему жизнь, сколько раз рисковал, за может быть, не совсем понятные ему идеи, а Орлик, так и не смог отдать ему долг. Нил считал, что с большой долей вероятности Себ погиб, и теперь этот долг не будет погашен никогда. Можно было частично его компенсировать, если помочь Джулии, семье Себа. Но, в душе, Нил верил, что Себ выкрутился, и потому он отчаянно искал возможности снова попасть в Сибирь. А еще лучше снова открыть прямой канал с этим миром, их большой надеждой на то, что Земля снова станет прежней.