Виталий Забирко - Мародер

Я откинулся на спинку стула, забросил ногу на ногу и почувствовал, как тень клейкой смолой потянулась за ступней.

— Слушай, — буркнул я, — может, ты отклеишься? Хожу, как муха по сиропу, еле ноги волочу.

Сказал машинально, больше от раздражения, чем в надежде на исполнение желания. Неожиданно тень громко чмокнула, ступню правой ноги подбросило вверх, и ноги обрели былую свободу. Не веря себе, я покосился на пол. Тень никуда не исчезла, она по-прежнему лежала на полу черной лужей, но теперь ее отделяло от ног сантиметров пять пустого пространства.

Забыв о вариаторе, я осторожно встал, шагнул в сторону кровати, прошелся по комнате. Тяжесть в ногах исчезла, но тень неотступно следовала за мной, неукоснительно соблюдая дистанцию в пять сантиметров. В общем, вела себя так, как и положено обыкновенной тени, за исключением того, что старательно обминала ножки стульев и старалась держаться ближе к центру комнаты, вопреки свету из окна.

Я вернулся к столу, сел и уставился на тень тяжелым взглядом. Черное пятно на полу грозило испортить жизнь раз и навсегда, поэтому удовольствия от его послушания я отнюдь не испытывал. Не радовало меня, что тень оказалась живой и к тому же весьма понятливой.

— Если ты сумела отлипнуть от моих ног, то, может, и уберешься к чертовой матери раз и навсегда? — раздраженно бросил я.

Тень возмущенно дрогнула, а затем взъярилась. Вздувшись горбом, она выплюнула из себя щупальце, спеленала им мои ноги, а сама, превратившись в жгут, свернулась кольцами, как удав. Кончик жгута торчал из-под верхнего кольца и подрагивал, словно тень собиралась плюнуть мне в лицо.

— Все, все! — не на шутку испугался я. — Хватит! Я пошутил…

Не меняя формы, тень продолжала непримиримо подрагивать, и я внезапно понял, что она копирует не удава, а гигантский кукиш. Открытие, что, кроме интеллекта, тень обладает еще и чувством юмора, только усугубило мое состояние. Я попытался пошевелить ногами, но не смог. Мозгами шевелить тоже не получалось.

— Извини, — попросил я, — больше не буду.

Извинение подействовало. Тень отпустила ноги из мертвого захвата и нехотя расплылась по полу черной лужей. Но окончательно не успокоилась — изредка по ее поверхности пробегали остаточные волны негодования.

— И как же мы с тобой будем жить-сосуществовать? — спросил я, нисколько не надеясь на ответ.

Так и оказалось. Говорить тень не умела и, естественно, на пространные вопросы ответить не могла. Надо задавать вопросы, на которые можно получить односложные ответы «да» и «нет». «Нет» я уже имел удовольствие наблюдать, а как будет выглядеть «да»?

— Ты можешь быть похожей на настоящую тень? Посерее, что ли?

Поверхность тени завибрировала, и мне показалось, что сейчас тень снова скрутит кукиш.

— Не злись, — поспешно сказал я, — это только предложение… Ничего обидного я не сказал.

Вспомнилась черная трещина, расколовшая мир во время скачка в северной башне Всемирного торгового центра, и я понял, что поменять цвет тень никак не может. Каким еще мог быть осколок временного разлома? Только таким, бездонно-черным…

— Представляю, как будут реагировать на тебя местные… — пробормотал я. — Хоть назад возвращайся… А как отреагирует на тебя служба стабилизации?

Я представил, КАК может отреагировать служба стабилизации, и похолодел.

— А спрятаться ты никак не можешь? Под одежду, что ли?

Тень опять завибрировала, но в этот раз что-то мне подсказало, что она не собирается крутить кукиш. Между нами возникла некая сенсорная связь, наподобие связи между сознанием и подсознанием. Связь между сознательным «Я» и подсознательным «ЭГО». Как бы раздвоение личности, и моему «Я» стало понятно, что «ЭГО» в образе тени тоже не нравится возможная реакция службы стабилизации.

— Так как? — с надеждой спросил я и тряхнул штаниной.

Больше тень не раздумывала. Она стремительно юркнула по ногам, и тяжесть мгновенно налила тело. Ноги, руки, грудь стали черными, но не как у негра, а абсолютно черными, и никакой светотени на них не наблюдалось, отчего мое тело казалось плоским. Спряталась, называется…

Ощущение было такое, будто на меня надели скафандр — удобный, не мешающий движениям, но в то же время весьма тяжелый. С некоторым предубеждением я подошел к зеркалу и увидел в нем плоскую черную тень в брюках. Не было видно ни носа, ни рта, даже белков глаз. Показаться на людях в таком виде было еще хуже, чем с угольной тенью.