Алексей Евтушенко - Сдвиг

– Интересная альтернативка, – едва заметно улыбнулся Белов.

– Не знаю, какой смысл вы вкладываете в это слово, но, боюсь, не тот, который бы мне хотелось, – сказал Иван Гордеевич. – Хотя пару романов в жанре альтернативной истории я написал, не скрою.

– Повторю, не читал. Теперь прочту обязательно. И мне действительно интересно, почему вам так повезло?

– Ничего себе повезло! – воскликнул Максимчук. – Гибель человечества вы считаете везением?

– Прошу прощения, неточно выразился. Почему у вас не было холодной войны? Судя по тому, что вы рассказываете, данный фактор весьма благотворно сказался на развитии вашего Советского Союза. Вторая лунная экспедиция в шестьдесят восьмом! А когда была первая?

– В шестьдесят седьмом, – ответил Шадрин. – Но первыми все-таки полетели американцы. В том же шестьдесят седьмом. Что же касается ответа на вопрос «почему?»… Думаю, два основных фактора сыграли свою роль. Первый – это экономические реформы, называемые здесь «косыгинскими», которые начались на пять лет раньше, в шестидесятом. И их не остановили. Собственно, наш СССР, СССР Реальности-1, шел почти по тому же пути, по которому сейчас идет Китай. И второй. После победы во Второй мировой СССР Реальности-1 оставил гораздо больше свобод странам Восточной Европы, чем тот СССР, в котором родились вы. Так что было, с кого брать пример… Но вообще, это долгий и отдельный разговор.

Шадрин умолк. Белов задумался.

– Все равно не понимаю, – покачал он головой. – Даже если предположить, что я вам поверил. Только предположить, повторяю! Если вы взорвали Вторую лунную экспедицию… Кстати, где это произошло?

– Там, где сейчас находится космодром «Восточный». Он и тогда так назывался, но построен был гораздо раньше.

– Хорошо. Но тогда выходит, до шестьдесят восьмого года у нас должна быть общая история, так?

– Не так, – сказал Максимчук. – Именно что разная. Причем вплоть до каменного века. Не слишком разная, многое совпадает, но все-таки. Френкель объяснял природу этого феномена, но мы и сами не слишком хорошо все поняли. Все-таки мы не физики, а оперативники.

– Нельзя просто отправиться в прошлое, изменить его по собственному выбору и тем самым дать жизнь новой Реальности, – подхватил Шадрин. – Это возможно только в определенный момент времени и в определенной точке пространства. Френкель, помнится, рассказывал о своем страхе. Он очень боялся, что вообще не сможет вычислить нужную точку в континууме. Ну, подходящую по всем параметрам. Он ее так и называл «точка Сдвига».

– Но все-таки нашел, – сказал Максимчук. – Я же говорю, умный еврей.

– И не одну, – подтвердил Шадрин. – Но проще всего было отправиться в шестьдесят восьмой на космодром «Восточный».

– И как же вы туда отправились? – осведомился Белов с хорошо скрытой, но все же уже заметной иронией. – На машине времени?

– Да, – сказал Шадрин. – Если это можно так назвать.

– И ее тоже придумал этот умный еврей Френкель? – красиво приподнял одну бровь полковник Белов.

– Он, зараза, – сказал Максимчук. – Слыхали о тахионах?

– Что-то знакомое. Но точно вспомнить не могу.

– Гипотетические частицы, которые движутся быстрее скорости света, – пояснил Шадрин. – Но это они здесь гипотетические. А у нас Изя Френкель доказал их существование. Собственно, благодаря тахионам и была построена действующая машина времени. Хотя вообще-то ее называли БТП – Большая тахионная пушка.

– Ну-ка, попробую сам догадаться, – сказал Белов. – Потому что частица, движущаяся быстрее скорости света, должна и во времени двигаться в обратную сторону? Согласно общей теории относительности Эйнштейна.

– Надо же, – удивился Максимчук. – Видишь, Гордей, а ты боялся, что нынешние комитетчики совсем темные.

«Понял Перепелица, что полковник нам не верит, и решил обнаглеть, – догадался Иван Гордеевич. – Помирать, так с музыкой. Может, оно и верно».

– Был не прав, – подыграл он. – Извини. Знание товарищем полковником основ общей теории относительности делает ему честь. Несомненно.

– А вот издеваться над органами никто не разрешал, – ласково произнес полковник и демонстративно глянул на часы. – Что-нибудь еще расскажете?

– Самое главное, – сказал Шадрин. – Френкель предсказывал, что мы, если выживем, окажемся в Реальности-2. То есть здесь. И нам придется начать новую жизнь. Причем интересный феномен. После того как мы взорвали Вторую Лунную в шестьдесят восьмом, мы через недолгое время, а точнее через одиннадцать дней, снова оказались в восемьдесят седьмом. Но, повторяю, уже в измененной Реальности. Френкель объяснял это тем, что в прошлом нельзя находиться бесконечно долго. Ты там как заноза, чужеродное тело, и рано или поздно мироздание тебя вытолкнет, выдавит обратно в твое время уже безо всякой тахионной пушки. Так оно и вышло. Но Френкель предсказывал еще кое-что, хоть и не был уверен на сто процентов.