Андрей Валентинов - Локи

…На фотографии она совсем другая – в горной куртке, кепи с рюкзаком за спиной. Баронесса Ингрид фон Ашберг-Лаутеншлагер Бернсторф цу Андлау.

– Простите, это не вы случайно ведаете Грауманскими рейхсталерами?

– Совершенно случайно – я. Хотите их получать? Надеюсь, у вас есть двенадцать поколений рыцарственных предков по обеим линиям?

Познакомиться удалось чрезвычайно просто.

Закрыв дверь в кабинет, баронесса облегченно вздохнула.

– Ненавижу толпу, сразу же начинает болеть голова. Садитесь, Палладия! Здесь у меня курят, пьют и ведут предосудительные речи. Пока еще без последствий. Я везучая!

Пэл бегло осмотрелась. В кабинете, где вершила дела Ингрид фон Ашберг, рыцарственная дама Ордена Братьев-Рыболовов, ничто не напоминало о Средневековье, кроме старинного распятия на стене. Кресла черной кожи, массивный письменный стол, картотека в три ряда, стальная дверца вмурованного в стену сейфа. Деловой стиль.

– Один мой хороший знакомый предлагал поставить в угол чучело рыцаря, – без тени улыбки сообщила баронесса. – С перьями и серебряным подносом в руках. К сожалению, бюджет не позволяет… Палладия, вы представляете, куда попали?

Пэл развела руками:

– Двенадцать поколений знатных предков. Все, что уцелело от германских рыцарских орденов. У меня, кстати, этих поколений только десять, если считать по отцу… Вы управляете делами Рыболовов, хотя самого Ордена уже нет.

– На Земле, – уточнила баронесса. – Так что Орден еще может возродиться… Меня предупредили о вашем визите, Палладия. Если вас интересует Грауманский рейхсталер, могу подарить, у меня их много, а жалованье платить уже некому. Последний орденский брат умер месяц назад, во Франции в Авалане. Что-нибудь еще?

Ингрид фон Ашберг бросила на стол пачку французских сигарет с силуэтом танцующей цыганки. Достав одну, взглянула на гостью. Та покачала головой.

– К сожалению, я недостаточно современна. Курю, но очень редко… Ингрид, я не могу назвать нужный пароль, даже не знаю, существует ли он вообще… Мне надо кое-что сообщить лично Вальтеру Эйгеру, руководителю Германского сопротивления.

Светлоглазая девушка равнодушно пожала плечами.

– В списках Ордена такой не значится.

Пэл иного и не ожидала. «Пейпер – хитрый прожженный авантюрист, – пыхнул сигарой дядя Винни. – Но над ним наверняка есть кто-то похитрее, такой, что пробы негде ставить. Найди Вальтера Эйгера, он мне нужен, Худышка!»

– Расскажу то, что вам известно и без меня. Два брата-близнеца, две капельки воды. Вы, Ингрид, знакомы с обоими, я лишь с одним. Тот, кого знаю я – заместитель Жозе Кинтанильи. Сейчас все антифашистские силы Европы объединяются. Это необходимо, очень скоро власти Франции начнут репрессии против эмигрантов. Нужна совместная продуманная политика и новая надежная база.

– У нас разные увлечения, Палладия. Мне вполне хватает моих рыцарей.

– Харальд Пейпер не желает сотрудничать с бюро Кинтанильи. Почему – не знаю. Это ошибка, один на один против Гитлера сопротивлению не выстоять. Жозе Кинтанилья обещает помощь, международную поддержку, а в случае необходимости – безопасное убежище. Вы наверняка догадались, о какой стране я говорю. Моя страна никогда не проигрывает войн – и всегда поддерживает друзей. Харальд Пейпер не хочет этого понять, Вальтер Эйгер – должен! Только так вы сможете победить. Возможно, настало время найти для Германского сопротивления нового начальника штаба.

– Однажды одну девушку обманом сняли с поезда. Избили, связали, залепили рот изоляционной лентой, а потом повезли на заднем сиденье «Мерседеса», чтобы пристрелить на обочине пригородного шоссе. Когда едешь на смерть, о многом думается иначе… Передайте тем, кто вас сюда прислал, что Вальтер Эйгер никогда не предаст Харальда Пейпера.

В гостиничном номере было почему-то темно. Она потянулась к выключателю, но на нее тут же надвинулась густая черная тень.

– Тс-с-с! – прошептала тень голосом тети Мири. – У нас полная светомаскировка. Я сплю, и ты спишь, и все мы спим…

– Будем считать, что я проснулась, – рассудила Пэл, включая свет. – У нас, как я понимаю, гости?

Тетя, вновь приложив палец к губам, взяла ее за руку, подвела к дверям своей комнаты.

– Там! Уложила его на свою кровать. Надеюсь, ты ревновать не станешь? Когда проснется, надо его покормить, а то отказался. А сам мокрый, весь холодный… Ты совсем не жалеешь агентов, мелкая!