Андрей Валентинов - Локи

– Не будьте наивным, Рихтер. Я должен зафиксировать акт сознательного саботажа. Пригодится, особенно, как вы и сказали, при такой организации.

Пододвинулся вперед, улыбнулся бледно.

– По агентурным данным в Новом форте создан подпольный комитет, имеющий целью остановить эвакуацию склада. Нет ни малейшей уверенности, что в него входят только заключенные. Испорчены грузовики, причем очень профессионально, выпущены листовки, где разъясняется, что такое «компаус». А теперь – снаряд. Обратите внимание: все немедленно бежали, никто даже не попытался помочь.

Лонжа пожал плечами:

– Было бы странно требовать от заключенных «кацета» высокой сознательности. Я бы и сам убежал, так все равно назад отправят.

– Бежали все, в том числе и те, кто в тоннеле, – не согласился контрразведчик. – Они не могли знать, что снаряд упал, на всех были противогазы. В маске не поболтаешь! Это сговор, Рихтер. Не стоит их защищать, случись что, вас бы не пожалели. Для заключенных вы – человек в форме, такой же враг, как и я. Мы оба были в лагере, так что не стану убеждать в очевидном… А бумага нужна, Рихтер, чтобы в самом крайнем случае прищемить хвост ведомству СС. Мелочь, но полезная…

Встал из-за стола, прошелся по кабинету.

– Не передумали?

Лонжа даже посочувствовал бывшему нарядчику. Старается, носом землю роет, а все без толку. Крот-неудачник.

– С какой стати, господин Домучик? Пугать меня надо было до Вайсрутении. Теперь все, считайте, отбоялся.

Контрразведчик поморщился, словно лимон укусил.

– Рихтер, будьте справедливы! Я вас не пугаю, а пытаюсь убедить. Мне почему-то кажется, что такой человек, как вы, играет не последнюю роль при короле Августе. За эти дни я получил кое-какие материалы из Штатов, и окончательно убедился, что Виттельсбах в политике – совершенный дилетант…

Несостоявшийся цирковой вспомнил, как он спорил с другом детства. Тот думал сходно. «Иррационально рассуждаешь, твое королевское высочество».

– Но вы-то, Рихтер, видали виды. Неужели не понимаете, что именно сейчас настало время решать, чьим будет баварское монархическое подполье!

Лонжа на миг даже растерялся.

– В каком смысле?

Домучик снял окуляры, покрутил головой.

– Боюсь, вы это серьезно. Запущенный случай…

Встал, прошелся к двери, быстро выглянул, снова закрыл. Провернул ключ в замке, раз, другой…

Обернулся.

– В современном государстве, тем более таком, как Рейх, подполье не может существовать само по себе. Нужны деньги и очень серьезная поддержка, иначе все ограничится беседами на кухне при занавешенных окнах, и то до первого доноса. «Красное» подполье – люди Сталина, им помогает СССР, прикрываясь ширмой Коммунистического Интернационала. Либералам, католикам и социал-демократам труднее, прежде им помогала Франция, но теперь Париж старается с нами не ссориться. Их берут под опеку британцы. Бюро Кинтанильи – еще одна ширма, личная разведка Уинстона Черчилля. А вот у меня дома подполье создается при помощи американцев, мы их называем «Ковбои». Эти работают с размахом, дядя Сэм денег не жалеет… Кто у нас остался?

– Вероятно, я.

– О вас, Рихтер, я не забыл, не надейтесь. Но сначала о ваших друзьях, о Германском сопротивлении. У него другой хозяин – Генрих Гиммлер. Вы, кажется, не удивились? Это вовсе не значит, что там каждый второй завербован, это и не нужно, главное – контролировать ключевые фигуры. Кого я не назвал? «Черный фронт» Отто Штрассера? Хвастаться особо нечем, но их курируем мы, Абвер. «Черных» не слишком много, зато они очень не любят Гиммлера. Полезные люди! А теперь появилась новая сила – баварские монархисты. С Гиммлером они не договорятся, англичане и американцы опасаются сепаратистов, а Сталин монархистов не любит. Что у нас остается?

– Бавария.

Утро нового дня ничем не отличалось от вчерашнего, позавчерашнего и всех предыдущих. Голосистое «Подъем!», суета вокруг коек, холодная ткань отсыревшей за ночь формы, бритвенное лезвие, скребущее по щеке. За окнами тоскливая осенняя серость. Солнце не торопилось в Горгау.

– Значит так, камрад Лонжа… Имеем три доклада – с вышки и от патрульных. С полуночи до часу замечены две ракеты, обе желтые и обе с юга. Интервал – минут двадцать. Как я понимаю, это не то, что нужно. Наблюдать дальше?

– Наблюдайте дальше.

Когда его пихнули в спину, Локи даже внимания не обратил. Утро, лестница забита полосатым народом, кто вверх спешит, кто вниз. А на лестничных площадках и внизу, у входных дверей, «черные» погонялы: