Филип Фармер - Протест

В опасности окажутся все семь ролей. С другой стороны, они же — гарантия того, что иммеры не встанут против него. Однако если ситуация обострится до предела, иммеры могут прекратить его действия и убрать его со сцены.

Некоторое время Джим Дунски размышлял над тем, что ему делать дальше. Настало время принимать решение. Перед ним открывались две возможности: уйти и оставить Сник умирать или попытаться ее освободить. Логика, инстинкт самосохранения и просто здравый смысл диктовали необходимость как можно скорее убраться подальше от этого места. Однако страх перед самой идей убийства и стоящий перед глазами образ убиенной Сник — на сей раз не голая идея, а живой, кровоточащий образ — не давали ему покоя.

Действительно ли цель оправдывает средства? Если у человека есть сердце, то для него существует только один ответ на этот древний вопрос.

Но поступи он несомненно правильно, непременно оказался бы неправ…

— Нужно было думать об этом, когда я клялся в вечной верности принципам тимеров, — пробормотал Дунски и, немного помолчав, добавил: — Но я ведь не собираюсь предавать их, раскрывать какие-то секреты организации. Я просто выкраду тело, где-нибудь спрячу, никакого вреда безопасности иммеров это не причинит. — И в этот момент он понял, что не позволит Длинному убить Сник. Если это окажется в его силах, Джим спасет ее. У него имелся на эту затею свой план, хотя он и казался очень рискованным и вполне мог сорваться. А провал плана — его собственная смерть.

Он осмотрел улицу в оба конца. Тех двоих, что по словам Длинного будут наблюдать за ним, видно не было, но Дунски не сомневался, что они где-то поблизости. Стоит появиться Кастору, они тут же объявятся и убьют его, впрочем, кто может гарантировать, что они поспеют вовремя, чтобы спасти своего коллегу-иммера. После общения с Длинным Дунски был убежден: тот не остановится перед тем, чтобы принести его в жертву, сделать из него приманку.

Нет, нет. В сложившихся обстоятельствах Длинный вряд ли захочет его смерти. Прежде чем это произойдет, ему надо обзавестись хорошо продуманным прикрытием.

Оглушаемый проливным дождем, Дунски шел по улице. Позади, словно они подкрадывались к нему со спины, гром и молния подходили все ближе и ближе. На углу Джоунс Стрит и Седьмой улицы Дунски остановился и оглядел открывшийся перед ним широкий бульвар. Ни пешеходов, ни велосипедистов, да и машин было гораздо меньше, чем обычно: пара такси, правительственный лимузин да патрульная машина органиков, которая медленно, не более пяти миль в час, курсировала по улице с включенными огнями, скрывая за мокрыми от дождя стеклами двоих людей. Казалось, они не обращают никакого внимания на одинокого пешехода в желтом плаще с капюшоном.

Гроза в этой ситуации была как раз то, о чем Дунски мог только мечтать. Она лишила спутников возможности наблюдать за происходящим на улице, одновременно убрав с нее лишних свидетелей. Даже случайно выглянувшие из ближних окон вряд ли бы что-нибудь разглядели.

В двух кварталах отсюда к северу по Седьмой улице двигался белый микроавтобусе черными, как у зебры, полосами. На Манхэттене таких машин добрых три тысячи, все они принадлежали подразделениям Государственного Корпуса уборки, обслуживающим жителей всех дней. Машина сбросила скорость у светофора и проехала на желтый свет, не дожидаясь зеленого. Дунски не удивился, заметив, как она свернула на Джоунс Стрит. Автомобиль мог спокойно остановиться у квартиры, после чего работники Корпуса беспрепятственно войдут в дом и вынесут оттуда большой пакет или выкатят покрытую брезентом тележку, не вызвав ни у кого особых подозрений. Если кто и увидит, так только удивится и с восхищением заметит, что Корпус уборки работает даже в такую ужасную погоду.

Дунски остановился посмотреть, как станут развиваться события — все в точном соответствии с ожидаемым им сценарием. Двое мужчин в форме Корпуса Уборки Четверга — в зеленых брюках с манжетами и в облегающих ядовито-красных плащах — вышли из машины. Один из них открыл задние двери, а второй вытащил складную тележку. Несколько секунд они постояли, видимо, давая возможность Длинному рассмотреть их физиономии на экране. Дунски заметил темную фигуру, стоящую у входа под козырьком. Наверно, один из двоих приставленных к нему охранников.

Наблюдатель, вероятно, удивился, почему Дунски еще не отправился домой. Наверняка сейчас совещается с Длинным по радио. Интересно, а где второй? Если в кустах или где-нибудь за деревом — он преуспел: хорошо спрятался.