Филип Фармер - Протест

— А твой где? — спросила Озма.

— Мой что?

— Твой зонт.

— В прогнозе сообщили, что дождя сегодня не предвидится.

— Ты же понимаешь, что я имею в виду, — невозмутимо заметила она. — Зонт обязателен в вечернем туалете.

— Ты будешь очень несчастна, если я не захвачу его с собой?

— Несчастна вряд ли. Просто буду чувствовать некоторое смущение.

— И это ты — художник совершенно уникальный, — протянул он. — Просто прекрасно.

В семь часов они вышли из дома с большими наплечными сумками и сели в такси. К моменту их прихода просторный холл музея уже заполнили гости, державшие в руках бокалы с коктейлями или с напитками покрепче. Образовав небольшие группки, они неторопливо беседовали, время от времени меняя компанию. Фактические линии коммуникации, как называли их антропологи двадцатого столетия, функционировали исправно. Все беспрестанно говорили — и никто не слушал.

Поприветствовав хозяев, Кэрд и Озма присоединились к группе Целевиков, однако на Джефа они навели тоску, и он вскоре перебрался к стайке Прежуристов. Озма тоже сменила собеседников, примкнув к Супернатуралистам. Последние представляли собой объединение художников, которые отвергали современные методы письма и создали новую школу, настаивавшую на предельно реалистичном отображении действительности. Объекты своего творчества они показывали не только с внешней стороны, но и в буквальном смысле изнутри. В соответствии с их теорией одна сторона изображаемого на портрете лица должна демонстрировать то, что видно глазу, зато вторая отводилась так называемым пластам глубины. Это часть лица представала на их работах таким образом, будто с него сняли кожу и удалили череп. На передний план во всей своей красе выступали мозги, рассмотренные художником в натуре.

Кэрд затруднялся определить достоинства и значение школы Супернатуралистов, но не решался спорить об этом с Озмой. Что он понимал в искусстве. Кроме того, зачем портить жене настроение, ведь подобные ухищрения способны доставить ей истинное наслаждение. Впрочем, иногда ее восторженные разговоры на эти темы сильно утомляли Джефа.

К половине одиннадцатого вечеринка достигла своего апогея. Озма по просьбе хозяина увлечение расписывала его тело. Обнаженный, он стоял в середине зала, а Озма, склонившись, наносила на кожу импровизированную композицию. Кэрд, наблюдая за этой сценой из глубины зала, раздумывал о том, удастся ли ей сделать мужское тело похожим на тельце столь любимого ей кузнечика.

— Инспектор, вас к телефону, — сообщил один из официантов. — Экран находится рядом с дверью в комнате Абсолютного Нуля.

Кэрд поблагодарил его и прошел через указанную дверь в темноватую голубизну холодной комнаты со множеством стоящих в ней окаменевших ледяных скульптур. На экране за ближайшим углом виднелось лицо и торс комиссар-генерала Энтони Хорн.

— Прошу прощения за то, что вытащила тебя с вечеринки, Джеф.

— Ничего страшного. В чем дело?

Энтони Хорн откашлялась и сказала:

— Убита Наоми Атлас.

Джефу показалось, что в мозгу его пробежала молния.

— Это Кастор? — хотел было спросить он, но тут же сдержался: не исключено, что линия прослушивается.

— Ее тело, вернее, то, что от него осталось, пятнадцать минут назад обнаружено в кустах во дворе, рядом с жилой частью здания. Я хочу, чтобы ты… — женщина еще раз сглотнула слюну, лицо ее скривилось в гримасе, -

…я хочу, чтобы ты приехал сюда и занялся этим делом. Прямо сейчас. Узнай все, что сможешь до полуночи, и доложи мне. Я поставила тебя во главе операции, учитывая твой опыт по расследованию убийств в районе Манхэттена. Полковник Топенски, конечно, возражал, но хочет не хочет, ему придется с тобой сотрудничать, иначе я ему просто задницу надеру. Кстати, именно это я ему и обещала.

— Я сейчас же выезжаю, — сказал Кэрд.

— Патрульная машина будет ждать у главного входа. По пути я сообщу дополнительные детали.

Кэрд вышел в холл и, на ходу извиняясь, принялся протискиваться сквозь толпу к жене. Добравшись до нее, он сказал:

— Озма! Оторвись на минуту.

Озма прекратила водить кисточкой, наносившей желтую краску на ягодицы хозяина.

— Что случилось, Джеф?

— Меня вызвали на срочное дело. Я искренне сожалею, но должен уйти, — добавил он, обращаясь к хозяину.

— Конечно, конечно. Что-нибудь случилось?

— Это дело касается органиков. Какая-то информация, я думаю, появится в новостях.

Джеф поцеловал жену в щеку.