Николай Эдельман - Когда рухнет плотина

- Ох, все ноги стерла! - простонала она. - Сейчас бы в ванну горячую часика на два.

- Воды нет, - сообщил я. - Ни горячей, ни холодной. Ничего нет.

- Знаю я... Высоко ты живешь, к реке не сбегаешь. Снега, что ли, набрать, пока не растаял? Ну хоть полежу, тоже приятно.

Она встала, направляясь в комнату, и я загородил ей дорогу.

- Когда ты войдешь, - заявил я, - можешь думать все, что тебе угодно, только учти одно - эту девушку я спас от страшной смерти.

Ирина молча отстранила меня, шагнула в комнату. Я - следом за ней. Последним вошел Басилевич.

Луиза при нашем появлении встрепенулась, приподнялась, посверкивая из темноты глазами.

- Тихо, тихо, - успокоил я её. - Это свои.

- Луиза?! Люсенька?! - вдруг воскликнул Басилевич и шагнул к ней. Это ты? Что случилось? Где родители?

- Ой, это вы, дядя Наум? - и она снова заплакала, уткнувшись лицом в диван.

- Убили её родителей, - тихонько сказал я Науму, уводя его на кухню. Так ты её знаешь?

- Да. Спартак, её отец - завлаб у нас в институте. То есть был. Я частенько к ним заходил. Бедная девочка! Такие славные люди были!

Ирка, ненадолго задержавшаяся с Луизой, вышла к нам и спросила:

- У тебя что-нибудь выпить есть?

- Мартини я допил, извини. Водка осталась.

- Давай сюда. И поесть что-нибудь. Есть хочу зверски.

Я достал водку, выгрузил на стол сыр, хлеб - вообще все, что было в холодильнике.

- Не надо мне рюмки, давай стакан, - приказала жена. - Наливай больше, не жалей. Это что, эмменталер? Прелесть, - она завернула ломтик сыра в лист салата и захрустела, даже с полным ртом не умолкая. - Признавайся, кто у тебя хозяйство вел? Отродясь ты не покупал салата. И вы, Наум, не стесняйтесь. Все равно доесть надо, а то пропадет.

- Ну... - я нерешительно поднял стакан.

- Ничего, ничего, чокнемся, - подбодрила меня Ирина. - Хорошие пожелания нам не помешают. Например, уцелеть в этой передряге, - и она выхлебала чуть ли не полстакана зараз. - Связь так и не восстановилась, не знаешь? Что в мире творится?

Пламя простенькой свечи колебалось от наших голосов, разбрасывая пляшущие огоньки по изогнутым стенкам стаканов и по поверхности налитой в них прозрачной жидкости, и словно сближало нас ещё теснее под шатром сумрака. Лица собеседников то выступали из темноты отдельными пятнами, то снова проваливались.

- Не знаю, доходили ли до вас слухи... - начал я. - Если нет, то вы вряд ли мне сразу поверите. Я буду говорить только о том, чему сам был свидетелем. А вы, Наум, выскажите свое мнение, - и я поведал им обо всем, что видел днем. Уважая утомление слушателей и свое собственное, я описал приключения в городе и дорогу в "Девятку" в самых общих чертах, подробно изложив лишь увиденное на атомной станции.

Ирина едва дождалась конца рассказа - после водки она клевала носом в самом прямом смысле, едва не ударяясь им о столешницу.

- Дорогая, шла бы ты спать, - сказал я.

- Нет, я не хочу, - она в очередной раз стряхнула с себя дурман сна. Мне очень интересно. Говоришь, колпаком как бы накрыло? И не знают, как отключить?

- Вот именно. Так что, готовьтесь, родные мои, к робинзонаде на острове с рванувшим реактором и взбесившимся населением.

- Неужели совсем-совсем нельзя установить связь? - удивился Басилевич. - Например, световыми вспышками, по азбуке Морзе. Солнце же мы видим. Вообще, конечно... Я слышал, что в "Девятке" собралось несколько крупных умов. Нобелевку они, во всяком случае, заслужили. Жалко, если они в самом деле погибли.

- Значит, настанет эра силовых полей? Новое слово в военной технике? Что-то меня очень не радуют такие открытия. Особенно приводящие к подобным результатам.

- Виталий, не путайте "потом" и "в результате". Не будем гадать, решился бы Орел на захват власти, если бы ему не пообещали такой щит. Но этого разгула страстей, разумеется, никто не мог ожидать.

- Может быть, это силовое поле как-нибудь действует на психику?

- Чего зря гадать? Время сейчас такое, озверевшее. Все давно с катушек слетели.

Ирина снова начала засыпать, на этот раз сползая со стула вбок. Я успел подхватить её. Она так и не раскрыла глаз, и я взял её на руки и отнес в комнату. Там стянул с неё платье, уложил рядом с Луизой и вернулся на кухню.

- Где вы её нашли, Наум? - спросил я.

- Скажем так, у Звоновых. Я наткнулся на неё в подъезде, когда она ходила и стучала во все двери подряд. Сказала, что дом и подъезд запомнила, а квартиру - нет. Попросила, чтобы я отвел её сюда. Ну, и дошли кое-как.

- А ваши родные как? Что с ними?