Эдвард Лернер - «Если», 2002 № 01

— Может быть, пройдемся немного?

И, не дожидаясь ответа, он решительно зашагал по тропе, карабкавшейся на крутой склон холма. Незнакомка тотчас догнала его и пошла рядом, весело болтая о безыскусной и простой лесной жизни, которую она якобы вела.

Земля под ногами была сырой и мягкой, но Джиптер сразу заметил, как легко движется девушка. Она даже не шла, а, скорее, порхала, едва касаясь ногами земли, словно для того, чтобы поддерживать ее, им требовался чисто символический контакт с земной твердью. Сам Джиптер шагал тяжело, грузно; его башмаки глубоко погружались в раскисшую почву, и ему приходилось каждый раз с чавканьем выдирать их из грязи.

— А кто эти «остальные»? — спросил Джиптер.

— Просто люди. Народ, — ответила она.

— Такие, как ты?

— О, нет. В этих краях я единственная дриада. — И, не переставая пританцовывать, она с легкостью взбежала на самый гребень холма.

Джиптер остановился. Дриада?.. Лесной древесный дух? Это уже действительно не лезло ни в какие ворота, и он подумал, что если опять промолчит, то невидимые насмешники посчитают его круглым идиотом.

Он двинулся дальше и вскоре присоединился к незнакомке на вершине холма.

— Значит, ты дриада, да? — Он впился взглядом в ее открытое, честное лицо. — А твои друзья, это, конечно, фея Зубок, Пасхальный Кролик и Санта-Клаус?

Она нахмурилась.

— Нет… Этих я никогда не встречала.

Качая головой, Джиптер стал спускаться по дальнему склону холма Вскоре земля выровнялась, перейдя в небольшую поляну, окруженную крепкими, толстыми дубами, под скрученные ветви которых уходила тропа. Он почти не обращал внимания на девчонку, которая принялась резвиться среди травы. При этом она что-то весело напевала; как сразу понял Джиптер, ее песенка была адресована росшим на поляне цветам.

У первого дуба он остановился. Солнце начинало припекать, и густая тень манила приятной прохладой. Благодаря порывам теплого ветра, под дубом было совсем не влажно, хотя во время дождя земля под ним, несомненно, превращалась в самую настоящую трясину. Местами короткая трава была буквально втоптана в грязь.

Это заинтересовало его и, выйдя из тени, Джиптер пристальнее всмотрелся в мягкую почву. Повсюду виднелись отпечатки копыт, словно целый табун лошадей носился по луговине то туда, то сюда. Сильнее всего трава была вытоптана на двух противоположных концах поляны, где темнели две грязные лужи. По краям их в землю были воткнуты палки, напомнившие Джиптеру примитивные футбольные ворота.

Конное поло? Здесь?! Невероятно!

Сверкая переливчатыми радужными крыльями, над поляной неровной «змейкой» пронеслась эскадрилья необычайно больших бабочек — пронеслась и исчезла между деревьями на противоположной стороне. На несколько секунд звуки песни стали как будто громче.

Потом девушка присоединилась к Джиптеру.

— Это тебе! — объявила она, и перед самым его носом оказался большой букет ярких, сладко пахнущих цветов.

Джиптер с сомнением рассматривал их.

— Мне казалось, тебе не нравится, когда люди рвут цветы.

— О, разумеется, сначала я спросила разрешения!

— Ну конечно!.. — Почти помимо своей воли Джиптер принял подарок. Втянув носом воздух, он понял: цветы пахнут по-настоящему чудесно.

— Что тут было? — спросил он, показывая на следы.

Она огляделась.

— Должно быть, это кентавры. Они готовятся к футбольному чемпионату среди копытных…

Он не выдержал, расхохотался, и она не договорила.

— Не понимаю, что тут смешного, — сказала дриада резко. — В этом году у нашей команды отличные шансы. После прошлогодней зимы сатиры и фавны едва ли наберут полноценную команду.

— Все, сдаюсь!.. — Джиптер повернулся и пошел обратно к оставленному на склоне аэроциклу.

Незнакомка поспешно нагнала его.

— Я тебя чем-нибудь обидела?

— Обидела?! Что ты, конечно, нет. Примите мои поздравления — вы, ребята, умеете шутить со вкусом. Надо же: дриады, кентавры, сатиры…

Незнакомка с неожиданной силой схватила его за рукав. Крепкая ткань затрещала, Джиптер потерял равновесие и упал, выронив цветы. Все произошло так быстро, что он опомнился, только оказавшись на земле. Он лежал на спине, а над ним — прижимая его коленями к земле — потрясала кулачком и швыряла в него слова сама пузырящаяся госпожа Ярость:

— Слушай, ты, мистер шишка-на-ровном-месте!.. Ты думаешь, у тебя есть право ворваться сюда и купить этот лес на корню вместе со всеми, кто в нем находится, но это не так, потому что существуют и другие люди, у которых прав ничуть не меньше, чем у тебя, и если тебе кажется, что ты какой-то особенный, то…