Эдвард Лернер - «Если», 2002 № 01

Наконец он отлетел достаточно далеко, чтобы его не заметили из усадьбы. Для этого ему пришлось преодолеть несколько километров, гак как главное здание расположилось на холме и было видно с достаточно большого расстояния. Соответственно, и из самой усадьбы территория поместья просматривалась на много километров вокруг. Теперь же ему необходимо найти подходящее место, где можно совершить посадку и выйти из аэроцикла, не подвергая себя опасностям слишком тесного контакта с буйной и дикой природой.

Судя по карте, такое место находилось сразу за первой грядой холмов. Скалистое углубление на склоне совершенно скрывало его от посторонних взглядов и как нельзя лучше подходило для тайной цели, которую преследовал Джиптер. Здесь он и решил совершить посадку.

Автопилот воздушного мотоцикла не был снабжен искусственным интеллектом и не мог регистрировать события и объекты, не относящиеся к полету. Однако где-нибудь на шасси мог быть установлен «жучок»-наблюдатель, поэтому Джиптер решил не рисковать и отойти подальше. Он шагал вниз по склону, пока не уперся в густые заросли кустарника.

Там он достал из кармана длинный плоский футляр. На вид это была обычная пластиковая коробочка, отделанная так искусно, что казалось — она обтянута натуральной змеиной кожей. На рынках такие товары шли из-под полы, втридорога, но легковерные туристы все равно расхватывали их, не замечая, как продавцы за их спинами обмениваются презрительными ухмылками. Джиптеру было все равно. Выпуская подобное барахло, он делал хорошие деньги, и не было такого зверя, кожу или мех которого его специалисты не смогли бы подделать. Да и совесть его оставалась чиста, так как стремление туристов к обладанию запретными сувенирами никому не приносило вреда.

Впрочем, и туристов, и продавцов ожидал бы неприятный сюрприз, вздумайся им открыть этот футляр. Нажав утопленную в боковую грань кнопку защелки, Джиптер медленно и внятно произнес:

— В стране Ксанад благословенной, дворец поставил Кубла хан… [12] «Кубла хан, или Видение во сне» — поэма С. Г. Кольриджа, перев. К. Бальмонта.

— Неправильно, — откликнулся тонкий голосок.

Джиптер повторил цитату.

— Еще одна ошибка, — злорадно пропищал голосок, — и я взорвусь.

Джиптер невольно вздрогнул. Тот ли комплект он взял с собой? И был ли отвечавший ему синтетический голосок таким злобным во время последней настройки замка? Он повторил пароль в третий раз.

— Десять. Девять. Восемь. Семь…

Джиптер позволил коробочке продолжать отсчет.

— …Два. Один. Ноль!..

Последовала напряженная пауза.

Потом футляр с щелчком открылся.

Джиптер с облегчением выдохнул.

В коробочке, в гнездах из вспененной пластмассы, лежали нанизанные на тонкие проволочки ярко раскрашенные пушинки, похожие на набор искусственных мушек для рыбалки. Джиптер специально настоял на том, чтобы эти штуковины действительно можно было использовать в данном качестве на случай, если футляр попадет в чужие руки и — что весьма маловероятно — будет благополучно открыт.

Держа коробочку на весу, он снова нажал на кнопку замка.

Невесомое облачко разноцветных, ярких снежинок рванулось в небо. Лес буквально кишел самыми, разными насекомыми, и Джиптер знал, что появление еще двух десятков мушек и жучков вряд ли будет замечено. Но это, конечно, не простые насекомые. У каждого из них был свой маршрут — внешне беспорядочный, хаотичный, однако через час все выпущенные им мушки должны были вернуться к усадьбе.

В футляре теперь остались только голые рыболовные крючки — часть маскировки. Джиптеру они были не нужны, поэтому он зашвырнул футляр в самую гущу кустарников и решил немного пройтись. Вдруг, подумал он, прогулка и в самом деле принесет удовольствие?

Не успел он сделать и нескольких шагов, как из зарослей донесся приглушенный звук взрыва, и из древесных крон порхнули в небо стаи встревоженных птиц. Проводив их взглядом, Джиптер зашагал дальше.

Лесная поляна густо заросла яркими голубыми цветами и была похожа на…

В глазах Джиптера, спокойно наблюдавшего за последней агонией многих и многих конкурентов, отразилась мучительная борьба. Он никак не мог подобрать подходящее сравнение, безнадежно застрявшее в стоячей трясине памяти, где мирно доживали свой век поэтические образы и обрывки стихов.

На озеро?.. Банально. На упавшее на землю небо? Нет, чересчур слащаво. На сияющую лазурь? Избито. Проклятие, это место буквально очаровало его!..