Дэвид Коу - Сыны Амарида

Наконец Транн отошел подальше и улегся спать. Он оставил друзей, давая им возможность немного побыть вдвоем, - да, этот человек заслуживал явно большего, чем ее холодное молчание. Да и Джарид тоже; он подошел, сел рядом с ней на песке и уставился в огонь.

Он долго молчал, а когда наконец заговорил, его слова удивили ее.

- Я понимаю, что ты сейчас испытываешь, и могу помочь. Но ты сама должна преодолеть жалость к себе и сомнение в своих силах. Я уважаю твои суждения обо всем и вижу, что ты мудра. И потом, я, похоже, начинаю тебя любить. Да, мне легко во всем этом признаться, но сказанное ничего не стоит, если ты не в силах сама себя уважать.

Он был прав, и она поняла это потом, когда прогнала его, - лежа в темноте, слушая звуки моря и пытаясь остановить потоки слез. Он даже попал в точку, словно прочел ее мысли, и потом, его слова заставили ее пульс участиться, не успокоили, как ей бы хотелось... Это была не его вина. Тем не менее ей захотелось ранить его в ответ.

- Неважно, что ты думаешь или знаешь обо мне, - холодно ответила она. - Вопрос в другом: не слишком ли я легко верю людям, о которых знаю очень мало. И тебя это тоже касается. Особенно тебя.

Он удивленно посмотрел на нее, потом встал и спокойно сказал:

- Жаль, что ты так думаешь. Мне казалось, что между нами все несколько иначе. - И ушел в темноту, оставив ее наедине со своей тоской и сомнениями.

Она крепко спала в ту ночь, и ее разбудили серебристые предрассветные лучи; небо было свинцово-се-рым, над морем стоял холодный, пронизывающий туман. Транн уже встал и сидел к ней спиной, задумчиво глядя на север; его длинные черные волосы не были связаны и падали на плечи.

- Если мы не обнаружим тропы, - прошептал маг, не оглядываясь, но зная, что она не спит, - то проиграем.

Она не знала, что и сказать. Она была эмоционально истощена и растеряна; боль от предательства Сартола не ослабла, а Транна, которому она теперь смогла доверять, она знала не так хорошо. Джарид спал на песке ближе к ней, чем могло показаться ночью; она дала магу единственный ответ, казавшийся ей возможным:

- Джарид ни на минуту не усомнился в том, что мы найдем дорогу, как ты и обещал.

Транн обернулся к ней; он улыбался.

- Надеюсь, однажды ты сможешь так же верить и в меня. Раз уж мы оказались здесь вместе, придется стать друзьями.

Элайна отвернулась, глядя на Джарида, лицо которого казалось совсем юным и безмятежным. Раз уж мы оказались здесь вместе... Ничего она не желала так сильно, как этого. До этой ночи, вопреки всему, что случилось за время путешествия, она испытывала неизведанное прежде волнение благодаря молодому магу и чувствам, которые их связывали Но теперь она снова и снова вынуждена была прокручивать в уме слова, которыми намеренно задела его, и ей казалось, что она разрушила свою толком еще не начавшуюся жизнь. Ей было плохо, хотелось плакать, и было совершенно непонятно, что сказать Транну.

Вместо того чтобы ответить на его слова, она быстро встала и, бормоча что-то о необходимости ополоснуться, побежала вдоль ручья в лес. Там она разделась и погрузилась в холодную прозрачную воду, словно пытаясь содрать с кожи и смыть воспоминание о том, что натворила.

Несколько минут спустя она, вся дрожа, вышла из воды. Сменной одежды и полотенца не было, и, стуча зубами, посинев, как Джаридов церилл, она принялась ждать, пока не обсохнет на воздухе. Одевшись, она поняла, что купание освежило ее и хотя бы отчасти прогнало дурные мысли. К этому времени Джарид проснулся, и они с Транном развели костер. Джарид заметил ее и, не говоря ни слова, поднес ей чашку какого-то дымящегося напитка.

Они вместе вернулись к костру. Элайна держала чашку в ладонях, пытаясь их отогреть. Сладкий прохладный запах подсказал ей состав напитка, прежде чем Джарид успел что-либо сказать.

- Отвар листьев шан, - тихо сказал он, и на мгновение их взгляды встретились. Он слабо улыбнулся. - Транн как чувствовал, что шан пригодится: у него этого добра целый карман.

- Спасибо.

Он кивнул и снова взглянул на нее, потом отошел.

Она села у костра и принялась смотреть на океан, чувствуя каждое движение Джарида, готовящего завтрак и седлающего коней вместе с Транном.

Они быстро поели и пустились в путь. Всем не терпелось двигаться дальше и найти наконец тропу. Запах болота чувствовался все сильнее, но, хоть лес уже и не был таким густым, туман мешал видеть, что происходит впереди. Только когда в нескольких ярдах показалась жидкая грязь, они поняли, что доехали до болота. Тропы Терона не было видно.