"За тридевять парсеков от Земли..." - в последний раз прочел он, прежде чем предать фотографию высокотемпературной плазме. Подумал: "Стоило тащиться в такую даль только ради того, чтобы убедиться в извечном женском коварстве?" И не нашелся с ответом. - Хочешь персик? - продемонстрировал невиданную широту души Николас Лэрри. - Пока теплый... Он все еще испытывал неловкость перед товарищем, несмотря на троекратную просьбу о прощении, оставшуюся без ответа. Вот и сейчас Николас не дождался никакой реакции от Редуарда, обреченно откусил половину персика и посоветовал: - Смотри на вещи проще. Во всем ищи свои плюсы. Вот мы, например, сами с собой встретились, ничего полезного не узнали, даже наоборот - зато целых пять лет сэкономили! Вот сейчас поспим годик-другой - и дома! Представляешь, как наши обрадуются? Небось, все выпустились уже! "Конечно, ему легко смотреть на вещи проще, - жалея себя, думал Редуард. Ни одного подбитого глаза! Не то что я... жертва контакта!" Николас закончил настройку бортового компьютера на возвращение и стал устраиваться в ванну для долгого сна. - Слушай, а мы на тот корабль загрузились? - почти отчаявшись расшевелить друга, пошутил Николас. - А то вдруг вернемся на автопилоте, а планета не наша! - А разве есть какая-нибудь разница? - равнодушно спросил Редуард. В самом деле, синяк под вторым глазом контактера устранил, казалось, последнее различие между двумя мирами. По крайней мере со вторым Редуардом они стали выглядеть полноценными близнецами. - Вообще-то нет, - пожал плечами ксенобиолог. - Хорошо хоть друг друга мы не перепутали. - Думаешь? - мрачно усмехнулся контактер. В гулкой замкнутости анабиотической камеры его смех прозвучал жутковато, так что едва не напугал самого Редуарда. - А с чего ты взял, что я - тот самый? И не проронил больше ни слова, надеясь, что ближайшие 913 суток Николасу будут сниться исключительно кошмары - несмотря на пониженную мозговую активность. Впрочем, когда она у него повышалась?
- Лежите, лежите, не вставайте! - разрешил шеф. И это столь несвойственное ему проявление заботы заставило курсантов вытянуться в струнку на жестких больничных койках. Так что у более рослого Николаса из-под одеяла даже выглянули носки начищенных ботинок, которые он, впрочем, тут же втянул обратно. - Я, собственно, на минутку, - продолжил удивлять своих подчиненных шеф. Только передать кое-какие гостинцы и... вот. - Он неловко, со второй попытки пристроил на крышку тумбочки пакет с чем-то круглым и катящимся, скорее всего, с арбузом. - Я ознакомился со всеми письменными отчетами и видеозаписями, но мне хотелось бы услышать ваши собственные соображения по поводу случившегося. Если не сложно, буквально в двух словах... Курсанты, до самых подбородков укрытые толстыми одеялами, обменялись быстрыми взглядами. - Тезис первый, - доложил Николас. - Параллельные миры существуют. Правда, до них довольно далеко. Тезис второй... - Но они ничем не лучше нашего, - вздохнул Редуард. - Что-то не так, - заметил он, как только шеф, пожелав курсантам побыстрее поправляться, вышел в коридор. - Старик наверняка задумал какую-то новую пакость. - Угум. Мягко стелет, - согласился ксенобиолог, отбрасывая в сторону чересчур теплое для летнего времени одеяло. Под одеялом Николас, как и Редуард, оказался полностью одетым, более того - в парадную форму десантника, с новеньким изумрудным значком на груди. - Что-то мне уже не хочется быстро поправляться. - Да тебе вроде уже и некуда, - пошутил Редуард, взбираясь на подоконник. Окна карантинной палаты располагались на уровне третьего этажа, ну да для десантника, как известно, пять метров - не высота. - А может, мы все-таки того? - спросил Николас, задержавшись на месте приземления - посреди цветочной клумбы, чтобы насобирать букет. Перепутали планеты? - Пожалуй, - кивнул Редуард. - Такого шефа, как у нас, боюсь, нет больше ни в одном из миров. - Да уж, наш был намного вреднее. - О чем речь! Гора-аздо. Каблуки курсантов весело застучали по асфальту аллеи. Там, в тени экзотических деревьев одного из них дожидалась Надежда. Милая, бесхитростная и кажущаяся еще более свежей после разморозки. Эх, знать бы только, кого?..
февраль- март 2002.
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу