Raptor - Хо

Передняя часть корабля уже завалилась на бок, и продолжала быстро переворачиваться кверху килем. Охваченная пожаром задняя половина, постепенно набирая воду, становилась в вертикальное положение, обнажив винты и руль. Под натиском давления, из щелей на корме вырывались фонтанчики пара. Даже сейчас корабль внушал мистический ужас.

Пробравшись к мотору, Ольга повторила попытку завести его. Стартер буркнул, двигатель взревел, откашлявшись вонючим облачком выхлопного газа. Вода за кормой забурлила и вспенилась. Монотонно тарахтя, лодка поплыла в туман, оставив позади кошмар, погружавшийся на морское дно. Уход останков «Эвридики» под воду сопровождался буйным шипением и всплесками, заглушающими даже рычание мотора уплывающего мотобота.

Туман всё быстрее заслонял торчавшие над водой фрагменты судна, похожие на циклопический факел. Напоследок Ольга успела различить, что носовая часть теплохода окончательно скрылась под водой, в то время как корма, возвышавшаяся над поверхностью словно башня, медленно, и как будто с большой неохотой, продолжала оседать вниз, окутываясь завесой поднимающегося пара.

Панораму кораблекрушения всё сильнее окутывал туман, быстро превратив «Эвридику» в тускнеющее пятно, а затем и вовсе растворив её в клубящейся серой дымке. Он так и не дал Ольге досмотреть трагический финал корабля-призрака, унёсшего с собой в подводную могилу все свои ужасные тайны. Не смотря на это, девушка ещё долго продолжала вглядываться в клубы тумана, вспоминая лица своих друзей, и по щекам её катились жгучие слёзы.

Шло время. На море спустились сумерки. Но теперь в них уже не наблюдалось ничего пугающего. Может быть это было связано с уничтожением Хо, а может быть Ольга уже устала их бояться, игнорируя всяческие потусторонние проявления. Сейчас ей было уже всё безразлично. Давно забросив управление, она перебралась в носовую часть мотобота, закопалась в ворох тёплых одеял, и, свернувшись калачиком, лежала там тихо-тихо, слушая, как плещутся волны, разбиваемые форштевнем, и монотонно тарахтит мотор на корме. Ей было всё равно, в каком направление плыть.

Стоило отметить, что воя аэроскатов, и шелестения их крыльев, в небе уже давно не было слышно. Лишь один раз ей показалось, что по днищу как будто бы что-то прошуршало, заставив её съёжиться ещё сильнее. Тревога была напрасной. Никто и ничто не пыталось её остановить.

Безумно хотелось спать. Но она упорно противилась сну, в ожидании своего последнего испытания. Закутанная несколькими одеялами, словно в коконе, она лежала без движений, скорчившись, поджав ноги, и обхватив себя руками, измученная, голодная, сотрясаемая жестоким ознобом. От неё уже ничего не зависело. Осталось только ждать, когда это произойдёт.

Вокруг стало совсем темно. Оля не видела этой темноты. Пребывая в каком-то полузабытье, она из последних сил старалась не отключиться окончательно, как будто это могло ей помочь добраться до заветного выхода.

И вот, наконец, это случилось. В своём полубессознательном состоянии Ольга Вершинина так и не сумела понять, произошло ли это на самом деле, или же ей это причудилось, когда она уже не могла сопротивляться сну. Сначала мотобот как будто во что-то уткнулся. Как если бы это был берег. Но днище не царапало грунт. Мотор продолжал работать, толкая лодку вперёд, хотя двигалась она всё медленнее. Сжав кулаки, Ольга зажмурилась так сильно, как только могла. Пришёл тот самый кульминационный момент. Лодка дёрнулась. При этом послышался необычайно тонкий, почти мелодичный звук, словно над ней порвалась тончайшая струна. Пробив незримую преграду, мотобот поплыл дальше, и по нему, от носа до кормы, проползло что-то шуршащее, лёгкое, издающее электрические потрескивания, на манер синтетической ткани.

Когда это проползало по Ольге, она ощутила его прикосновение, не смотря на то, что на ней была пара слоёв одеяла. Её как будто потащило назад — к корме, но не успела она перепугаться, как призрачная сила сорвалась с неё, и вернула потревоженное эфирное тело на прежнее место. Мотор кашлянул, когда сумеречная плёнка прошлась по нему, и, как ни в чём не бывало, продолжил тарахтеть в прежнем режиме. Наконец-то Ольга смогла облегчённо вздохнуть, и расслабить напряжённые мышцы. Она вырвалась из плена. Фата сумерек отпустила её.

Вместе с расслаблением к ней вернулась непреодолимая усталость, моментально отключившая её истерзанное сознание. Оля провалилась в свинцовое небытие.